• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: фотофак (список заголовков)
19:00 

книжный червяк
У меня были отличные выходные, братцы! Настолько отличные, что я вот сижу и сама себе завидую.




К пятнице с дипломом, работой и всеми этими душевными перепитиями я умудрилась настолько морально вымотаться, что, в общем-то, и не почувствовала, что начинается долгожданный отдых. Сидела и готовила диплом к вторичному нормоконтролю в полной апатии. Однако приезжает Дарин с виски и колой, и после бокала этого напитка, а так же предварительной чашки кофе я все-таки начинаю что-то чувствовать:
- Слушай, - говорю. - Ведь выходные же начались. Только что поняла.

Весь поход проходит под лозунгом слабоумие и отвага. Потому что он не мог пройти иначе, коль уж в половину восьмого мы собрались мобильной группой на станции Отвага. Там ФX несмотря на мои вопли выкручивает мне велосипедное седло так, что я едва-едва касаюсь носками ботинок земли, и утверждает, что только так и нужно передвигаться. Делаю пробный заезд вдоль рельсов, еще боюсь разгоняться, потому что я же не контролирую ситуацию, когда не могу в любой момент оттолкнуться полной ногой от земли, ежесекундно теряю равновесие:
- Смотри, смотри, смотри, как она едет! - Доносится мне вслед чье-то умиленное и дружеский ржач в несколько глоток.

Потом, впрочем, привыкаю: и к высокому сиденью, и к постоянным горкам, к скорости, которая для моих расчудесных велосипедистов является нормальной на протяжении многих километров, а для меня - откровением, и к тому, что за 70 километров мы сделали всего два больших привала. Мы едем, едем, едем и еще раз едем. Поначалу на каждой горке я пыхчу и умираю, потому что больные колени превращают подъем в настоящий ад, и ребятам приходится ждать меня. Так мы добираемся до Зольного, где устраиваем поздний завтрак на набережной. У Онизуки лопается первая камера, и пока они все там суетятся и чинят ее, я слушаю, как Волга плещется о берег, и смотрю на воду. Умиротворение.

После того, как бутерброды съедены, камера починена, и все оторвали филейные части от песка, я сажусь на велосипед и говорю: "Ой!". Потому что на самом деле "ой", да еще какой - мы проехали только треть пути, а у меня уже болят все мягкие ткани да так, что приходится пристраивать на седло старый подджойник, которому в конечном итоге я чертовски благодарна. А еще болят колени и мышцы. И все это ехать никуда не хочет. А ребята несутся вперед, и я вижу только рюкзаки и задние колеса. И я думаю: это тяжело, это очень тяжело. Я, конечно, осилю эту дорогу, но больше никогда в такую авантюру не ввяжусь, это слишком тяжело для меня.

Нет, не дело. Выжимаю из себя все, что только могу, догоняю их всех, а где-то и отрываюсь вперед. И несусь, несусь, несусь тоже, потому что, оказывается, все я могу и ничуть не хуже, потому что, оказывается, чем сильнее ты разогнался, тем дальше тебя протащит, и тем легче тебе будет ехать, как бы это ни было очевидно. И вот я уже взлетаю на горки и вязну не на каждой первой, а только на каждой четвертой. И вот я уже совсем не чувствую себя слабой девочкой, а пру вперед с настойчивостью маленького бульдозера и очень ясно ощущаю, что могу еще и дальше, и выше. И что, конечно, поеду. И не раз.

А на пути нас ждет разное. Серпантин длиной в несколько километров, идущий под гору по невероятным местам, по которому мы летим так, что слезы льются из глаз от скорости (кто-то из ребят называл цифру в 50 км/ч), у меня срывает кепку, и я ловлю ее в волосах, несусь, улыбаюсь во весь рот.
- Вот оно счастье, милые, - говорю, когда мы тормозим после серпантина, чтобы сфотографироваться на фоне красоты, раскинувшейся за изломом дороги.



Дорога, засыпанная крупной белой пылью - перевозят стройматериалы, что-то типа известки - и мы опять летим вниз, прорываясь сквозь эту пыль, засыпающую глаза, и я уже почти ничего не вижу, а на меня движется огромный желтый грузовик, и я отчаянно сдаю вправо и чуть не растягиваюсь прямо на шоссе, потому что еще немного и колесо соскочит с асфальта на обочину, которая намного ниже, и я точно тогда не удержу руль. Но нет, справляюсь, вываливаюсь из облака пыли, прошу воды и промываю глаза.

Горок и спусков - без счета. Крутить, крутить, крутить педали, только войти во вкус и:
- Ой, ребята, это уже Ширяево?
Так незаметно мы делаем 50 километров. В любимом ширяевском киоске закупаемся вкуснейшими жареными пирожками и падаем под дерево в чьем-то дворе.
- Мы гордимся тобой, - говорят мне. А я и сама горжусь. Очень ясно ощущаю, что я вот сейчас в мужской компании, наравне с ними махнула эти 50 километров. Нет, конечно, они без меня сделали бы это гораздо быстрее, но это ведь рекорд, настоящий новый выходной рекорд (после Ширяево мы сделали еще двадцатку) - раньше максимум был 66 и по абсолютно ровной поверхности, а тут - такие горки и местами совершенно сумасшедшая трасса (это тоже после).
Мы лежим на траве под березой около чьей-то калитки, едим пирожки:
- Вот, представляете, я в Тольятти вернусь, пойду на работу, а там у меня такие же туристы во дворе лежат.
- Там они уже не "туристы" называются.
Так мы приходим к обсуждению о том, как отличить бомжа от туриста. Подытоживаем: если у бомжа есть дорогая снаряга и всякие прибамбасы с собой - значит, он турист. Следовательно, меня, например, можно считать бомжом, когда я возвращаюсь домой грязная, лохматая, в рваной рубашке и с сумасшедшими глазами )



Потом мы трясемся по грунтовой дороге, где я окончательно отбиваю свою маленькую многострадальную задницу, пробираемся по Козьей тропе (пытаюсь местами ехать, а не идти, чуть не срываюсь и бросаю это занятие до адекватной поверхности), проезжаем мимо сектантов, вязнем в щебенке, и, наконец, падаем у воды. Ребята собираются купаться. Я думаю, что они ненормальные. Поэтому тут же познаю счастье - о, чудная свобода! - купаться в трусах и майке на голое тело, и это так здорово, потому что никому в целом свете нет дела до того, что это неприлично или нецеломудрено, и можно переодеваться, совсем никого не стесняясь, ведь у всех поход.
- Итак, это была отвага, а теперь слабоумие! - С этими криками мы залетаем в воду. Тут же забрасываю тело как можно дальше, руки привычно вспоминают брасс, становится теплее. Решаю далеко не уходить поначалу, сплавать обратно. В какой-то момент мне приходит шальная мысль проверить, есть ли дно под ногами. Дна нет, ухожу с головой, выныриваю и что есть силы плыву к берегу. Сумасшедше, холодно, бррр! Ребята говорят, что в этот момент у меня было очень "доброе" лицо. Судя по тому, как много и долго они смеялись, да. Выбегаю, часто дышу, торможу на каком-то камне, вся переполнена, все внутри волнуется, трепещет, дрожит.
- Кадзик, ты чего кричишь? - улыбаются ребята.
И только в этот момент я понимаю, что я что-то кричу.
- Я в шоке, - говорю. Это погружение с головой (и не только в воду, во всё), раннее открытие купального сезона, невероятная поездка, ощущение полной свободы (да я же могу теперь, что захочу и куда захочу!), и все вокруг меня прекрасно - эмоции захлестывают меня и выбрасываются через крик. Отдыхаю на камне и сушу волосы. Онизука фотографирует меня сначала в позе нормальной русалки (кадр получается уныл и банален), а потом - в качестве падшей, с сигаретой и жуткой рожей (а вот это уже того стоило, но я вам его не покажу).

И вот тут-то самая пора сказать огромное спасибо вам, милые. Тем, кто втянул меня во все это, кто был со мной рядом и показал, что это есть и что я это все могу. Спасибо, родные. Это было великолепно. Самое лучшее, что может только быть, чем можно заряжаться и вдохновляться - это люди и природа. Чудесные люди на чудесной природе. И выходные. И расцеловать всех опять во все щеки, когда увижу)

Засветло добираемся в катин домик в Подгорах. Вот тут-то мое "могу" заканчивается. Пролезаю через калитку, затаскиваю велосипед на крыльцо, зацепляю боком стул, на котором стоит тарелка, полная воды. Вода расплескивается. Пытаюсь еще раз. Роняю стул и тарелку. Господи, как же я беспомощна! В этот момент я понимаю, что сейчас разревусь, потому что силы кончились - и основные, и резервные, я выжата полностью. Но не реву. Затаскиваю все-таки велосипед, обнимаю Алену, Джоя и Катю, которые ждали нас, и падаю на кровать.

Ленивый вечер. Я предпринимаю попытку отправиться с ребятами купаться, однако комары и усталость заставляют меня повернуть обратно. Я начинаю возвращаться, прохожу какое-то расстояние и до меня доходит: я иду в шортах посредине незнакомого села, очень слабо представляя себе, куда мне, собственно, нужно, без лифчика и без мобильника с мокрой майкой и трусами для купания в руках, мимо проезжают таджики на велосипедах, о чем-то говорят на своем. Но все обходится. Я снова в домике, откуда фактически не выхожу до момента воскресного отправления. Очень ленивый вечер: я даже не готовлю ничего, ссылаясь на то, что вот это у нас уже есть, а это кто-нибудь пожарит. Пару раз засыпаю, меня кто-то будит, чтобы я 1) уползла на свою кровать 2) уползла на свою треть кровати.

В воскресенье днем выезжаем из Подгор. Я соображаю, что у меня всего одни джинсы, и если вдруг они немножко испачкаются, будет не очень удобно идти на работу. А, впрочем, где я тут могу испачкаться? Погода тут же показывает мне, где. На причале в Рождествено огромная туча проливается сильным дождем, я кутаюсь в дождевик и отчаянно мерзну, потому что из теплой одежды у меня толстовка и чистый плащ, в котором я собираюсь возвращаться в Тольятти. Приплываем в Самару. С неба больше не течет. Отлично! Переодеваюсь в плащ. Это, к слову, было фатальной ошибкой, потому что в прошлой поездке у моего велосипеда отвалились оба крыла (я говорю велосипеду: где твои крылья, которые нравились мне?), и я не успела ничего с этим сделать, а в Самаре-то лужи-лужи, и все, что рассекают мои колеса, оказывается на моей заднице, груди и лице. К концу поездки уже зачерпываю лужи ногами и не морщусь - пофигу.

Но Самара так чудно хороша и свежа после дождя, и это так здорово - снова лететь по незнакомому городу с горки, не крутя педали и влегкую обгоняя трамвай, а вокруг - лето-лето-лето. Боже мой, да я самый счастливый человек на свете. Мой плащ полностью забрызган, джинсы сухие только на бедрах спереди, шею, лицо и ноги покрывает ровный слой грязи, а я улыбаюсь и смеюсь.

В таком виде, лишь протерев лицо влажной салфеткой, заваливаюсь к Дарину, снова смеюсь, когда обозреваю себя. И даже не присесть, потому что если я куда-нибудь приземлюсь, я что-нибудь обязательно испачкаю. Стираемся, сушимся и смотрим эпический по своему кретинизму фильм про супергероя Багрового болта, отмеченного божьим пальцем (натурально!), который (Болт, а не палец) ебашит во имя справедливости направо и налево водопроводным ключом плохих парней. Право слово, я бы не стала смотреть даже пять минут этого фильма, но у меня не было выбора. Я вынашиваю план мести какой-нибудь лентой Феллини или Тарра)

Я уже начинаю засыпать, когда из окна доносятся вопли. Какой-то ну оооооооочень пьяный товарищ отчаянно колотится в какую-то дверь и требует, чтобы его пустили. Минуте на десятой он выдают шедевральную фразу:
- Открывай! Никого не бойся: это я пришел!
- Я бы после этого точно побоялся бы открывать, - говорит Дарин.
А я просто ржу как ненормальная. Никого не бойся, понимаете ли, это я пришел.

Утро, и я уже на работе. Кроссовки, не просохшие за ночь, зачерпнули еще самарской и тольяттинской дождевой воды, поэтому я сижу в редакции в носках, а в моей обуви лежит и впитывает влагу новый номер газеты.

И вот вам еще одна фотка, чтобы вы смогли хоть немного увидеть этой красоты:


и когда я пишу этот псто на работе, я думаю: ну все, никаких сюрпризов, все возвращается на круги своя... однако, мои сумасшедшие женщины, проведшие выходные в моей пустой квартире, придерживаются иного мнения. у себя фкантакте я нахожу новую аватарку с бруно-котом и баночкой фасоли, на рабочем столе дома - то же самое плюс десятиминутное видео с моими женщинами в масках льва алекса из макдака (а я вам его тоже не покажу, это хоум-видео =Р), по всей квартире (даже в дрели!) их фотографии, а грустная бумажка "ты все еще жив. каждый день. не забывай об этом", приклеенная мной на стену в период жесточайшего расстройства, теперь выглядит куда колоритнее: "ты все еще жив. цел. орел! каждый день. не забывай об этом". женщины немного переживают, что я могу как-нибудь неправильно на все это дело отреагировать, однако им все сходит с рук, я смеюсь и радуюсь.... однако, женщины: нахуя вы установили мне кмплеер и панель инструментов кмплеера (кто-то, очевидно, не смотрит настройки при установке) в гугль хром?))

всех люблю. я чертовски счастлива, что вы у меня все - такииииииииие)

@темы: батальон чудесных людей, география кадзе, фотофак

22:34 

книжный червяк




каждый раз, когда я возвращаюсь от солнечных самарцев, я думаю про эту песню. чаще всего в ответ на мое желание она выпадает мне в рандомном плейлисте.

несколько часов дороги - это рядом.
поэтому в пятницу я быстренько предзащищаюсь - вместе с преподами и завкафом мы дружно ржем над моим дипломом - бегу на день рожденья к брату, помогаю ему со столом и резкой овощей, успеваю даже выпить пару стаканов вина, попробовать шашлык и падаю в последний автобус на самару. там меня встречает дарин и кормит восхитительным мясным пирогом. просто чудо, а не пирог, вот что. дарин, добудь мне рецепт!

всю ночь - то ли от переволнения, связанного с предзащитой, с тем как все успеть и жадного ожидания предстоящего похода, то ли еще от чего - верчусь и не могу уснуть. час ночи, два, три, четыре. кажется, в итоге мне удается поспать около полутора часов, потому что в пять уже надо подниматься, чтобы успеть на первый омик с речвокзала.

впрочем, несмотря на полтора часа сна мой организм мобилизует все свои силы, потому что поход - это одна из лучших вещей, которые регулярно со мной случаются, а значит, надо быть бодрой.

в ширяево я не была уже лет пять, поэтому с удовольствием узнаю знакомые места и открываю новое. например, обалденнейшие пирожки в маленьком киоске. мы сидим на траве и ждем, пока их пожарят - партиями по три. ждем долго, постепенно на траве появляются книжка, девайсы, бутылки с водой и всякие разные вещи. кажется, еще немного, и мы вот прямо тут и палатки поставим. а пирожки огромные и вкусные, такие вкусные, что пальцы можно себе отгрызть. теперь у этой пирожковой появился постоянный клиент в моем лице. говорим об искусстве:
- здесь, в ширяево есть музей репина.
- мы знаем.
- правда, он совершенно унылый.
- да, хотя сам репин не так уж плох. у него были картины с тибетскими горами. они красивые.
- дарин, тибетские горы рисовал рерих.
- и долго я еще троллю дарина его пролетарским провалом.

а еще ширяевский креатив совершенно отличен. вот это, например, женский туалет:


а это ширвуд. просто ширвуд, понимаете ли:


забраться на монастырскую гору с рюкзаком (да и без, кстати, тоже) - дело не шуточное. по крайней мере, для меня, с моими лагающими коленями и дыхалкой курильщика. но я стараюсь не останавливаться на передых, потому что иначе тело просто откажется идти дальше. в итоге, как два настоящих мужика, мы одолеваем гору с катей первые.

поход ленивый, не как на первые майские. ставим палатки, готовим кофе и еду. и вот тут-то меня начинает клонить к земле от недосыпа. вытягиваюсь сначала на онидзукиной пенке, потом - на своей. все уходят гулять, а я валяюсь, смотрю, как надо мной качаются кленовые листья, пролетает орел (кстати, на следующий день мы его видели совсем близко - он взлетел с дерева над водой примерно в паре метров от нас). поют птицы, шумят листья, и я чувствую себя счастливой. ребята гуляют, наверное, около полутора часов. за это время я успеваю поваляться, побегать по лагерю и пофотографировать цветы на макро, залезть на дуб на краю горы и славно провести время там, любуясь на ширяевские горы.

в какой-то момент алена с совершенно серьезным лицом рассказывает про свои проблемы с хлебом:
- и вот я прихожу в магазин и говорю: "дайте мне батон белого хлеба", а они мне: "так вам батон или хлеб?".
оказывается, в москве хлеб в принципе называется батоном. ну или что-то вроде того.
- ну все правильно. мы бы тоже тебя спросили, батон или хлеб тебе нужен.
- погодите, а что такое батон?
- вот смотри, батон - это вытянутая фиговина, а хлеб - это все, что похоже на кирпич.


а вот и алена. очень тру готовит кофе:


кто-то из нас обещает принести записную книжку и фиксировать все походные фразы, потому что это действительно нужно записывать. приезжая домой, я не помню половину всего, что меня так умилило или порадовало: выдуманная книга "агрессия, жадность, эгоизм: путь к себе", например. и еще куча всякого разного.

к слову, вот иллюстрация к части про жадность. здесь дарин дает для кати обучающий семинар по взвешиванию пакетиков с рисом, в ходе которого выясняется, что нас наебывают на 2 грамма в каждом пакетике:


вечером долго сидим у костра, разговариваем и смеемся. в темноте катя потихоньку приканчивает онидзукин чудесный ликер. я смотрю на огонь и думаю, что это чертовски прекрасно - языки пламени и красные с белым пеплом угли, это можно наблюдать часами, что, собственно, я и делаю. ночь у костра - это одна из тех вещей, ради которых я снова и снова навешиваю на себя тяжелый рюкзак (странно, кстати, в этот раз он весил меньше, хотя взяла я с собой определенно больше. мистика!), куда-то еду и куда-то иду. вечер завершается воистину достойно: мы с джоем, захлебываясь от хохота, зачитываем трешовые стихи окружающим. потом я пытаюсь делать это в одиночку, но чем дальше - тем непечатнее и непроизносимее становятся вирши, поэтому я просто сижу и матерюсь в перерывах между фейспалмами.
уже одно соотношение названия и вида доставляет. вот посмотрите:
- Хуй Таджика - любовная лирика;
- Саша Пидораст - пейзажная лирика;
- В рот собаку ёб - любовная лирика;
- Гопники - гражданская лирика;
- Еду на аборт - философская лирика.
Всем желающим ознакомиться, рекомендую начать с Саши Пидораста:
"Саша Саша пидораст
Не обманет, не предаст."

А вот ссылка на страничку автора.

эти майские походы и вылазки какие-то необыкновенные. во-первых, подобралась совершенно чудесная походная компания, с которой любое мероприятия гарантировано превращается в отличное, а это уже много. а во-вторых, я постоянно делаю то, чего раньше никогда не делал: иду пешком с тяжелым рюкзаком двадцать километров, отмахиваю на велосипеде - 66 или... в этом походе я варю кофе в котелке. то есть, сначала я делаю это в турке, и кофе получается совершенно волшебный - потому что с виски, свежесорванным земляничным листом и потому что на углях. летний кофе. но ребята жалуются, что моего кофе чертовски мало.
- вари в котелке, кадзик.
- котелок это не посуда для кофе! кофе не варят в котелке!
- воплю я, оскорбленная в лучших чувствах. как же это, кофе да в котелке? а потом алена варит кофе сразу на всех, и я думаю, что, в общем-то, это и не такая уж и плохая идея. и на следующий день пробую сама. и действительно - магия кофе не потеряна. это потому что поход. дома бы вот ни за что в кастрюле не получилось, уверена.

на закате я фотографирую колосья в последних лучах солнца:


в середине второго дня мы отправляемся смотреть штольни. добираемся сначала по верху горы, но это трындец невозможно - то вверх, то вниз, а если идти параллельно дороге, которая где-то должна быть совсем внизу, по склону, то ты постоянно скользишь по листьям и норовишь упасть вниз. найденные ребятками палки, конечно, спасли мою задницу от изрядного количества падений - мне вовремя удавалось упереться в землю или повиснуть на палке, но это не панацея от всего. на спуске я зашибаю щиколотку о камень. вроде бы ничего и дальше идти можно, но через несколько часов она начинает чертовски болеть и сильно влияет на мое настроение и скорость на запоздалом спуске с монастырской горы. по дороге в штольни мы проходим кучу разных красивых мест - например, каменную, отлично оборудованную стоянку. там даже находится бутылка воды, оставленная предусмотрительными хозяевами для усталых путников, и я наполняю фляжку. сами штольни и вовсе производят огромное впечатление на меня, побывавшую один раз не дальше чем в пяти метрах от входа в какую-то пещеру в сопровождении группы автобусных туристов. в штольнях остро чувствую, как мы входим в недра горы, и что над нами огромная толща земли. изо рта вырывается пар, лучи фонарей выхватывают из темноты несущие столбы земли и обвалы. мне немного не по себе. мы доходим до конца неглубокой штольни. а потом выключаем фонари и возвращаемся в полной темноте, нащупывая перед собой дорогу палками и постоянно переговариваясь. как слепые.
- не прекращайте говорить, - прошу я. потому что я боюсь представить, что будет, если вдруг мне покажется, что рядом со мной, в этой густой темноте нет алены и джоя. конечно, можно включить фонарь, но ведь это не по правилам игры.
а за пещерой снова лето. нас слепит яркий свет, мы снимаем теплые вещи и растираем озябшие руки.

поднимаемся на самый верх горы верблюд и курим там. я сначала осматриваю все окрестности и чуть ли не воплю от восторга, а потом растягиваюсь на самом краю под солнцем. мне хорошо.

а это маленькая пещера на самом верху горы:


а потом торопимся обратно, потому что всем кроме меня надо попасть в самару, а значит - успеть на плавсредство к шести часам. без десяти пять нам удается штурмом взять гору около лагеря, мы карабкались как оглашенные, срывались по листьям, я даже проехалась по земле левым боком в особенно крутом месте, где джою при помощи палки в итоге пришлось затягивать нас с аленой наверх.

каждый поход, будь он самый маленький вмещает в себя огромную радость - от природы, от увиденного, от нового, от общения с чудесными товарищами. я еду из ширяева на автобусе и всю дорогу улыбаюсь. въезжаю в тольятти под опенинг из сейлормун и битлов. приезжайте в тольятти кататься на велосипедах. вписка у всех вас есть, если что)

а фотки - к посту и вообще - будут завтра, потому что я оставила картридер на работе.

@темы: география кадзе, батальон чудесных людей, фотофак

18:40 

книжный червяк
Я сижу под вишневым цветом
На бездонном краю земли.
Мне случаются этим летом
Все счастливые корабли.


Мы лежим с Аленой на обочине проселочной дороги через какое-то поле, потому что ребята потеряли рацию и теперь бегают ищут ее, а мы вот лежим, ничего не делаем, усталые. И даже говорить почти нет сил. А хочется. Потому что небо синее-синее, трава зеленая-зеленая, вокруг тепло, светло, над нами цветет черемуха. Тогда я достаю мобильник и записываю. Я бы сделал из этого четверостишия целое стихотворение, но ребята слишком быстро нашли рацию...



Впрочем, все по порядку:

0. У меня пятнадцать этих самых, или отечественные, куда молиться ходят
Суббота это еще даже не первый походный день, а его предвосхищение. С утра я забрасываю рюкзак Джою, покружив предварительно по кварталам и протестив его (рюкзака, а не Джоя) вес. Ходить можно. Иногда шатает в разные стороны. После работы хватаем рюкзаки и бежим на вокзал. Переливаем бархатное чешское пиво в термос и бутылочку от фрутоняни и загружаемся в маршрутку.
Конечно же, играть. В комментариях к одному из моих постов два человека с ограниченными артикуляционными возможностями - собственно, я и Джой - уговорились болтать в маршрутке без буквы "р". И вот что я вам скажу, братцы, это нифига не просто.
- Гляди-ка, какое небо!
- Да...эммм...симпатично.
- Оно мне очень н...блин...оно очень к... бля.... Оно мне любо!
- выдаю я, порывшись в памяти, архаизм, и мы начинаем ржать.
Подобная беседа, изобилующая ненормальными аналогами, вообще располагает к постоянному ржанию. Что мы, собственно, и делаем. Из мемов поездки - место интеллектуального отдыха (театр); отечественные, куда ходят молиться (храм, церковь); мальчик, что был с нами (мальчик, который); у меня пятнадцать этих самых (толщина какой-то походной штуки). Счет проколов ведем в двоичной системе, когда запутываемся - на пальцах. Из маршрутки выходим интеллектуально вымотанные. Я думаю: больше никогда. А если не никогда, то очень не скоро. Буквально следующим днем мы отжигаем с тем же самым в автобусе на Троицкое.
А в Самаре нас ждет славный ужин. Дарин кормит нас макаронами по-флотски. В форме, простите, хуйцов.

1. Если с туриста снять рюкзак, он упадет лицом вниз
Как правило, маленький Кадзик своими изнеженными плоскостопыми ножками проходит минут сорок с легким рюкзачком и говорит: все, усталъ. Когда я увидел километраж маршрута, я не то, чтобы испугался, нет, я просто офонарел. 20 километров. Мой рюкзак весил 17 килограмм. И я это сделал. Как и все остальные. В группе из тринадцати человек, кроме меня, были еще четыре девушки. И все они шли. Самый легкий рюкзак весил 12 кг, самый тяжелый - 25 кг (это уже, разумеется, не женский). Я не знаю, для кого и как, но для меня это вот трындец огромное достижение - 20 километров пешим ходом за один день. Другими словами, целый день идти, идти, идти и еще раз идти.
В какой-то из моментов Дарин говорит: "Знаете, вот если бы мне кто сказал, что мы дадим тебе тысячу рублей, а ты за это пройдешь 20 километров с тяжелым рюкзаком, я бы послал их, а так я трачу эту же тысячу и даже больше, чтобы делать это бесплатно".



Первые пять километров даются на удивление легко. Топай себе и топай с привалами. Даже странно, что я раньше этого не делал. На двенадцатом, когда мы доходим до Чертова пальца, уже основательно устаю. Но еще до отдыха с удивлением понимаю, что могу больше. К слову, Чертов палец - это вовсе отдельная песня: скальное образование высотой с трехэтажный дом, оставшееся после схода ледника стопиццот лет назад. Конечно же, мы на него тут же лезем, поднимаясь по шатким бревнам и фотографируемся с радостными рожами. Недалеко от пальца встречаем группу на квадроциклах и внедорожниках, которую привезли на экскурсию. Ощущаю, что нас им тоже показывают как часть местного колорита: вот, мол, посмотрите налево, там проходят туристы - это такие люди, которые зачем-то прутся вдаль на своих двоих и тащат огромные рюкзаки. К слову, сзади мы напоминаем отряд рюкзаков на ножках. Это очень смешно.



Через пару километров - водопад Девичьи слезы. К этому моменту я уже чувствую себя основательно уставшим. Падаем на стоянку рядом с водопадом, доедаем запасы, приготовленные на переход. Любопытство сильнее усталости, поэтому я бегу к водопаду, потрогать его руками. Вода в гроте чертовски холодная, умываю лицо, фыркаю, снимаю носки и сую уставшие ноги в воду. Тут же отпрыгиваю. Держась за толстую льдину (это в +20 примерно), обуваюсь. Вода придает сил, и я готов идти еще. Впрочем, недолго.



Дальше начинается самая сложная часть пути, думаю я. Идти тяжело, рюкзак давит на плечи. ФХ постоянно сверяется по навигатору, периодически кричит "Я знаю короткий путь!", кто-нибудь из нас так же периодически цитирует что-нибудь про Сусанина. Пробираемся по дорогам, срезаем сквозь лес и поля. Идем бодрым шагом, потому что надо успеть оказаться на стоянке и разбить лагерь до захода солнца. Вырываюсь из аутсайда в авангард, не думаю уже ни о чем кроме того, чтобы регулярно уклоняться от веток, следить за шнурками и механически переставлять ноги. Еще перед электричкой Алена говорит: "Если с туриста снять рюкзак, он упадет лицом вниз". Теперь я получаю возможность прочувствовать это на себе. Рюкзак на мне, но я спотыкаюсь, и 17 килограмм груза заваливают меня вниз. Коленки почти целые, черные от земли. Меня поднимают. Идем дальше.
Оказывается, самая сложная часть пути начинается, когда физические силы организма на исходе, и ты идешь уже тупо на силе воли. Топ-топ-топ. Короткий привал. Топ-топ-топ. Я нашел короткую дорогу! Топ-топ-топ. Ребята, смотрите, сморчки. Топ-топ-топ. Снова привал. ФХ периодически сообщает, сколько нам осталось:
- Еще два километра.
- Погоди, два километра уже было два километра назад!
...
- Еще три километра.

Я смогу. Я смогу. Ясмогуясмогуясмогуясмогу.

И мы-таки добираемся до стоянки вовремя. В считанные минуты в лагере появляются палатки, костер, подвески с канами и даже умывальник. Особенно героические товарищи находят в себе силы прогуляться еще пару километров за водой.
- Такими темпами мы тут скоро Интернет проведем! - шутит кто-то.
Готовим, правда, в темноте, и я держу фонарик подмышкой, чтобы свет попадал в сковороду с тушенкой, в которую я добавляю специи и размешиваю их ложкой.



2. конь, пентаграмма и каменный лабиринт
Второй день проходит лениво. Мы отсыпаемся, отъедаемся, мокнем под дождем. В солнечные моменты около костра появляются люди с дымящимися от испаряющейся воды ботинками, вкопанные палки с мокрыми носками и ботинками, куртки, носки, дождевики занимают даже веревку, на которой подвешены каны. Иногда носки падают в костер. Иногда я понимаю, что это были мои носки.
- Вооот, уже белье на веревке висит. Скоро тут прищепки появятся, женщины притащат младенцев, - в шутку ворчит Джой.
Приключения начинаются около четырех пополудни. Мы лезем на большую гору с соснами и изъеденными ледником камнями. Там мне удается отправить смску, а особенно удачливые умудряются даже поговорить с внешним миром. Хотя отсутствие связи в походе в общем-то не напрягает. Уже в каменном лабиринте, прыгая по валунам я понимаю, что вот именно ради этого - валяться под черемухой в каком-то поле, лезть на Чертов палец, умываться в водопаде, теперь вот еще прыгать по гигантским замшелым камням, рискуя свалиться в трещины больше человеческого роста, - и стоило пилить 20 километров. Я шестнадцать лет живу в Тольятти, и не знал, что у нас в области есть такие штуки. На самом деле, это нужно смотреть, и когда Саня выложит фотки, я обязательно упру немножко сюда. Просто чтобы показать.



Какой же поход обходится без гитары? Наш попытался. Гитарасты не приехали, зато у нас была Алена с варганом. Пиум, пиум, пиум, - раздается в ночи за костром. К варгану присоединяется хор мальчиков с горловым пением. Звучит все это настолько офигительно, что я не выдерживаю, перебираюсь на дерево, занятое оркестром, и начинаю барабанить по жестяной миске.
- Пиум-пиум-пиум, - поет варган.
Ребятам надоедает издавать бессмысленные звуки:
- Конь. Конь. Конь. Конь, - подтягивают ребятки.
- Пам-пам-пам, - барабаню я.
В какой-то момент "конем" наши мальчики-зайчики умудряются выдать имперский марш.
Чуть позже Алена расставляет по территории лагеря свечи-таблетки. Кажется, еще чуть-чуть и начертит пентаграмму. Стоит ли удивляться, что после этой магии к нам в лагерь больше не приходит ни один гость?
Много смеемся, пьем земляничный чай, греемся у костра.

А на третий день мы отправляемся домой, и случается еще много всего хорошего. Но я устал и отказываюсь качать летописца дальше. Лучше вот выложу песенки, спешил фо Катя, которая призналась, что любит нас, картавых:





з.ы.: ждем фото, жду вас всех в гости, как только окажетесь в Тольятти, и следующего похода, конечно.

а вот что пишут об этом походе товарищи - и, самое славное, что у всех отчеты совсем разные:
Онизука
kos mos
Darin
мега-отчет от Лисё
Атхорайе

и напоследок: а вот такие в Сызрани пригородные кассы


@темы: фотофак, география кадзе, батальон чудесных людей

20:46 

книжный червяк
Я морально опустошен, но чертовски счастлив. Наобщал племяшу. Мы читали Хоббита на веранде родительской квартиры, много обнимались, рассматривали мои сережки, собак и облака, говорили про закат. Потом читали отрывок из Маленького принца про то, как король повелевал закату быть в семь часов сорок две минуты. Валялись на широкой кровати и бесились.
А еще мне подарили браслет из Растишки. Знаете, ребята, если есть что-то пиздец трогательное, так это когда ребенок вскрывает Растишку с горящими глазами, вытаскивает браслет... и говорит:
- А это не мне.
И смущается.
Я говорю:
- А кому?
- Тебе.

И двигает по столу стеснительно.

Я не люблю детей. Но моя племяшка офигительная. Ее не любить невозможно)
Крис, ты - солнышко.

Крис

@темы: батальон чудесных людей, фотофак

14:35 

книжный червяк
и я давно уже обещал выложить некоторые фотки, а некоторые не обещал, но все равно выложу:

два укурка. холст, масло, 2012 год.



это алена. она становится воистину пугающей женщиной, если в доме обнаруживается хотя бы один незаточенный нож


традицонный брунозавр. в этой фотографии не хватает только чашки кофе и думать о нем:



и семимартовский кадзик, который поздравляет всех своих любимых женщин и девочковых пч.


@темы: фотофак

18:18 

книжный червяк
а еще у нас вышел сборник. вышел в декабре, но я его только сегодня увидел. там куча траблов с оформлением по вине типографии, однако он получился охуенный. честное слово. там наши отобранные стихи, клевые картинки и строчки, написанные авторским почерком.

сборник получился не просто охуенный, на него дрочит городской департамент культуры во главе с руководителем, и позже мы делаем еще одну его презентацию, специально для чиновников, а дополнительный его тираж, в котором будут учтены все косяки с оформлением, уже заказали тольяттинские библиотеки. это прорыв, господа. я рад, что, наконец-то, печатаюсь в нормальном сборнике лит.объединения, а не в унылой хрени.

он, на самом деле, крутой. и там, на самом деле, хорошие стихи. я горд, что мы сделали это. а мне нарисовали вот такого кота, хотя я вроде бы не палился в лито. з.ы.: а строчки из ласточки джо написаны моей рукой, можете заценить корявый почерк, даже когда я стараюсь)



и вот еще один сегодняшний кот - бруно. судя по прищуру глаз и естественной позе он учится быть гламурным кисо:


@темы: фотофак, рифмованство, котейничество, kadze-s little wold, эстетика по кадзе

11:40 

книжный червяк
отличный вчера был вечер, товарищи. хоть некоторые стеснительные тольяттинцы и отказались идти на большой открытый каток под предлогом: там много людей; нам не в чем кататься, я нацепил свою старую куртку, отстоял гигантские очереди за всеми необходимыми штуками и выполз на лед.

нет, ну вот стоять на коньках я-то как раз могу. и ехать даже могу. и даже быстро. но когда вокруг меня кругами нарезает Darin и выделывает всевозможные финтифлюшки, грех и позор не научиться. я врезалась в одну блондинку (но она сама виновата, да), приложилась коленом об лед, распугала, наверное, всех посетителей, но худо-бедно научилась разворачиваться и ехать задом.
- знаешь, я тут подумала, совсем ведь не обязательно пытаться посмотреть, кто там сзади. они ведь меня видят, так что пускай убегают, - говорю я, увеличивая скорость движения задом-наперед.
- ну только если они сами не стоят к тебе задом, как вон тот мальчик, - в ужасе оборачиваюсь и торможу сантиметрах в двадцати от пухлого вьноши. разворачиваю и хихикая уезжаю за дарином.

нет, правда, я получила подлинное наслаждение от катка, не стояла на льду около года. а еще какие-то товарищи катались по всему катку паравозиком человек в двадцать-тридцать, собирая все больший и больший "хвост". я хотела было присоединиться, пока не поняла, на какой скорости мимо меня пронесся этот "состав". но выглядело это здорово. почти так же здорово, как дарин, начинающий опять выделывать свои финтифлюхи и загогулины на льду, орущий "эгей, на меня смотрят телки!" и тут же растягивающийся на пузе на льду.

никогда не думала, что за два часа можно укататься настолько, что выползти потом из катка на пошатывающихся конечностях, отказаться идти домой пешком, а по достижении собственного обиталища обнаружить на обеих ногах огроменнейшие мозоли от коньков. я укаталась совсем-совсем, так, что под занавес пятиутреннего крокодила, заползла под одеяло и случайно заснула рядом с аудио-колонкой, при свете и с болтающими гостями. экий нонсенс.

а вообще, ура кататься!

p.s.: и да, товарищи-крокодильщики, как по заказу, я открываю свою френдленту на жж и через пару постов натыкаюсь на слово "ювенильный", оно, конечно, не "ювенальный", но таки-да! только ссылка грустная, я вам ее давать не буду.

а вот и фотке!







магистре вербует адептов




горизонт завален: на горизонте бруно-кот!


и, наконец, фото-шедевр вчерашней ночи - дарин привел прекрасную девушку, которая абсолютно все вещи показывала в совершенно смешных позах:

@темы: батальон чудесных людей, фотофак

09:03 

книжный червяк
УХ.

я сделал это. я сдал самый жуткий экзамен на отлично. т.о., я сдал всю сессию. теперь можно спокойно выдохнуть. выскочил во двор, а там снег. огромными крупными хлопьями. и я стоял, курил под этим снегом, потом мы бежали с ленью по улице, кричали что-то счастливое о том, какие мы молодцы, а я ловил падающие снежинки губами.

а дома был манчкин. одна из самых, пожалуй, ебических игр в манчкин, которую я даже зафотал. дело в том, что у нас было пять сетов на четверых и кубики смерти джоя (блин, как звучит-то - кубики смерти джоя хД), исполнявшие роль каунтеров. но, понимаете, когда ты играешь в пять сетов несколько часов, кончается не только место на столе, но еще и эти самые кубы, потому что кто-то прокачался до 25 бонусов в сумме, кто-то до 30, а кто-то - и за 40 перевалил. тогда мы подключили в качестве каунтеров игральные кости, которые моментально кончились. потом в ход пошли сушки:



потом джой учил нас играть в лепестки роз, я ругался и лихорадочно гуглил смысл игры, потому что всякие эти ваши логически игры, они до меня не всегда быстро доходят. отомстил, рассказав про мпс. мпс так и не угадали пока, зато был предложен вариант расшифровки, который побил даже "мерзкий подростковый секс".
- МПС... так первое местоимение, говоришь?
- да. Мы Прем Собак.
- Нет, не "мы".
- Меня Прут Собаки?

а еще я вам давно бруно не показывал. вот у меня какая дивная рыба живет:


@темы: батальон чудесных людей, фотофак

09:25 

книжный червяк
года три назад мы с магистре чапали около часа по весеннему лесу из комсомольского района в центральный, пели по дороге, смеялись, промочили себе ноги так, что даже мои камелоты хлюпали, не то, что регинкины тапки, выползая из леса, мы обнялись, и я спросил:
- скажи, а мы всегда будем такими кретинами?
- конечно!

вчера я второй раз заехал к регинке в больницу. в мое первое посещение я бегал по всем этажам, разыскивал минут двадцать палату, названивал на отключенный сотовый. соседки по палате сказали, что ее уже часа четыре нет. оставил шоколадку и записку с крупными буквами "Рыжей заднице с приветом от кадзика", чтобы все видели, какая она рыжая, и какая задница. Оказалось - эта балдень бегала домой из больницы и переписывала файлы с компьютера на телефон.

Вчера я застал ее уже без куртки. Куртку отобрали, чтобы больше по городу не шлялась, находясь в стационаре. Выбежала мне на встречу с в мужских шортах: КУРИТЬ ХОЧУ СТРАШНО!
...и вот, значит, представьте себе. загоняю я ее после курения в больничный коридор. и мы стоим, как два балбеса: а чего, собственно, в больнице, посещая больных делают? чинно сидят на лавочке и рассказывают последние новости про бабу иру и соседей-мудаков с верхнего этажа? такой вариант не по нам.
- слушай, я давно хочу залезть на крышу, - заговорщическим шепотом говорит магистре. - я вчера была около решетки одной, там даже дверь была открыта.
и я понимаю, что ничего не изменилось с тех пор, как мы облазили все заброшки в городе и, забравшись на крышу, ели консервированные ананасы с дешевым шампанским, проклиная буржуя северянина и завернувшись в одеяла.
еще час мы посвящаем беготне по всем лестницам, существующим в больнице. на 4й, на 8й, снова на 4й. на лестнице вижу табличку:
- отделение копрологии! нееет, я туда не пойду, - воплю, что есть мочи.
какие-то дети тоже бегают по лестницам и застают нас в раздумьях, открыта ли дверь, и как лучше преодолеть решетку. глаза блестят.
на крышу мы в итоге не попали, кто-то, видимо, просек, что у них лежит регинка, и перекрыл все входы. однако, вывалившись курить, мы обнаружили масштабную стройку во внутреннем дворе:



и вот такую дверь 0_о


ну и, разумеется, мы не могли не залезть в здание. наверху были слышны голоса рабочих, посему пришлось шататься по подвалу. сталкер-кадзик:



в обшарпанном подвале была детектирована новенькая дверь,


принадлежащая бане:


судя по звукам, мы детектировали еще и котел, принадлежащий той же самой бане. так и вижу на нем табличку "котел не взламывать. принадлежит бане". однако, в помещениях с котлом горел свет, они уходили куда-то вдаль, а за моей спиной было темно, регинка, страшным шепотом провозглашающая "если здесь есть свет, здесь либо кто-то есть, либо скоро придет! это же котел, за ним надо присматривать. пойдем!" и просмотр тольяттинского фильма ужасов "штырь" (говнище редчайшее, кстати) про двух девочек, которые залезли в подвал хД

в общем-то, я и не представлял, что посещение больных может быть таким увлекательным хД

@темы: батальон чудесных людей, фотофак

18:23 

книжный червяк
иногда бывает приходит корректор и говорит:
- лера, а это не ваша фотография в газете?
а ты уже года три как забросил все возможные молодежные объединения, о которых стоило бы писать. но отвечаешь:
- ну конечно, моя.
потому что газету эту уже подсунула тебе под нос маменька. а фотография там пятилетней давности, новее в анналах литературной студии не нашлось.

и в общем, это хороший повод вспомнить, какими мы были (и слава Богу, что фотография там опубликована более пристойная):











так-то)
давно уже нигде не читал, черт побери.

@темы: батальон чудесных людей, фотофак

радио кадзик

главная