Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: география кадзе (список заголовков)
16:36 

книжный червяк
raido
посередине лета хочется места, где
если не тень, то река ходит темно и долго.
говорить под лист, наклонившись лицом к воде:
выдохом выходи мериться, водомерка.
что тебе делать, выдохнуть и отдать,
вытолкнуть тонким горлом прозрачный стержень,
ибо держала меня земля, как тебя вода,
а теперь не держит –
если не ветром, то воздухом изнутри,
зыбью сторожевой над горячей крышей.
на реке живут две воды: одна говорит,
а другая слышит.
а другая стоит и держит в руках ключи,
а другая молчит, прижимая ладонь к плечу.
ей говорят: плыви, не молчи, лечи,
и она говорит: лечу,
так высоко лечу, что земли не вижу.

Ну вот, вернулась с Груши и, знаете, что: она определенно удалась. Вот прямо по всем пунктам: и слушать тех, кого хотела, и песни у костра, и купаться, и светлые ребята, и, и, и.

Но по порядку. Перехожу мост на вокзал и вспоминаю нашу с Регинкой традицию - курить на мостах. На любых вообще: через канал Грибоедова, через неудобное кольцо в Тольятти, маленький непонятного назначения мостик на набережной и так далее. Но особенно - на вокзалах. И особенно - перед фестивалями. На Грушу еду в одиночку, Но на мосту курю. Это обязательный пункт программы. Внизу поезда, впереди горы, а ко мне подходит мужчина:
- Девушка, вы на Грушу?
- Ну конечно!
- Дай Бог вам удачи.
- улыбается и уходит.

Сбежать по лестнице с горы. Вот она, вот она, я уже приехала! Снять сандалии и идти по мягкой траве. Добраться до лагеря и отправиться купаться. Купаться - это вообще новое лучшее в моей жизни. Вплоть до этого лета я, как правило, снобически манкировала пляжем - мол, грязно, шумно, людно, и кожа, доставшаяся в наследство от рыжей бабушки, сгорает. Но если ходить с правильными товарищами туда, где чисто, оказывается, что шумно и людно совсем не мешает, а единожды загоревшая кожа (да, я уже добралась до собственного максимума пигментации, а не "почему ты такая бледная?", это вы просто не замечаете) более не причиняет неудобств.

А самое восхитительное - о, еще одно открытие этого года! - купаться голышом. Я все-таки сделала это: сначала вдвоем, потом - в компании. Приходим мы, значится, на берег в три ночи (утра?): две-три компании на всем берегу, располагаемся метрах в двадцати от мужиков, которые так же окунаются без плавок. Дарин уже убегает вперед, я же пока выпутываюсь из слоя одежды. Выдохнуть. Скинуть с себя оставшуюся футболку и трусы. Отправиться в воду.
- Саааааааня, смотриииии! - Раздается над побережьем. - Смотриии, Саааааня! Сааааня!
Вопли стихают только, когда я оказываюсь в воде по грудь. Так я понимаю, что Саня прослоупочил свое счастье.
А вода, оказывается, теплая-претеплая! И можно плыть, греться (потому что на берегу холоднее) и счастливо смеяться. Вот оно, оказывается, как - ночью да голышом. Купаться в лунной дорожке - господи-божемой, да это же прекрасно! А на том берегу сияют огни поселков, и, кажется, нет ничего прекраснее. Выходить из воды.
- Сааааааня, смотри, вот опять! Саааааааааня!
Судя по крикам, Саня снова все пропустил. Бедолага. Закутываюсь в полотенце и огребаю тяжеловеснейший комплимент:
- Девушка, Венеру Милосскую не с вас лепили?
- Нет, - говорю. - У той формы побольше были.
Выбравшийся из воды Дарин комментирует что-то про руки, которые у меня все-таки есть.
А потом бежать замерзшими цуциками через туман над травой - и от этого у меня тоже перехватывает дыхание, от этого и от зари, занимающейся над мостом - все прекрасно вокруг меня.

И услышать то самое, чего ждала весь год - Пашку Фахтрдинова и Александра Щербину. На их традиционную поэтическую дуэль я, к сожалению, не попала, однако ж, все равно, радости огребла по самое не хочу. Любимые строчки вживую - это та самая радость, то самое драйвовое, отчего я каждый раз предвкушаю Грушу задолго и жду, и сверяюсь с расписанием: когда же?
Вот оно - одно из лучших от Пашки, которое он пел, а у меня - снова! - дух захватывало:



Адриан и Александр же привезли "100личные вещи". На Зазеркалье, где мы их слушали, было больше старого, поэтому из нового, пожалуй, только одна песенка (не в самом лучшем качестве, правда, но):

Зато они вновь играли Гумберта, фактически самую мою любимую, по-набоковски нежную, безумную вещь:


Как правило, на Груше и Мете я что-нибудь для себя открываю еще неслышанного, но чертовски офигенского. Прошлым летом это был Пашка, а еще Станция Мир, теперь вот - Медвежий угол.

Под него мы танцевали на ночном концерте в пятницу, а потом еще прибежали на четыре песенки в день. Водили хороводы перед сценой, прыгали, играли в ручеек - с кучей красивых девушек. Думаю, со стороны это было мимими) Саня, по крайней мере, сказал, что из всего выступления Медвежьего угла больше всего ему запомнился именно ручеек. Господин Самомнение снова с вами хД

А еще в пятницу, оказывается, был день поцелуев. И, должна сказать, мне не удалось пропустить этот праздник - уж его-то мы отметили как следует)

В соседнем лагере обреталась рыжая Ташенька с нежными, затуманенными водкой и любимым мужчиной глазами. А еще - хуй из моркови. Вбитый гвоздем в стол. В пятницу он был каноничен, в субботу же я обнаружила его со срезанными, простите за подробностями, яйцами. Кто-то использовал их в качестве закуски. Кто - так и не признались.

Сходили на Гору. Традиционно - куча старперов, но в этот раз, в отличие от прошлого, из годного мне удалось услышать только одну хорошую песенку. Что-то из украинской делегации, с чудной вокалисткой и неплохим аккомпанементом. Я нашла ее. Но вместо песни лучше выложу стихи, они того стоят:

Ольга Залесская "В джинсах"
Мы состаримся в джинсах, как бабушки наши в платочках.
Чьи-то взрослые дочки посмотрят нам вслед и смолчат.
Как крупу, будем перебирать бесконечные строчки.
Ждать звонков от детей и е-мэйлов от старших внучат.

И не семечки мы у подъездов, а в барчиках чипсы
Будем трескать и хрипло смеяться, и кашлять смеясь.
Наши принцы сутулые тоже в ветровках и джинсах
Будут вслух о политике, вслух, ничего не боясь.

Наших шавок не будут уже звать ни Бобик, ни Шарик.
наших птиц будут звать просто птицы, без всяких пород.
И мы, выйдя на улицу, тихо в карманах пошарив,
непременно найдем, чем порадовать этот народ.

Мы не будем старье продавать на бесчисленных рынках.
Станем пыль со старья вытирать, и на книжицы дуть.
Как ни странно, мы будем гулять на своих вечеринках,
Где винил на вертушке, и пива, конечно, чуть-чуть.

И винил на вертушке, и сушки в изящной плетенке.
Старички и старушки. Но джинсы совсем не смешны.
Каждый вечер обнявшись, и глядя с надеждой в потемки,
Убеждать себя будем: нужны, мы кому-то нужны...

Остальная Гора - особенно, после ухода ребят - была пиздецова чуть более чем полностью. Песня про рецепт счастья для детей:
- Семнадцать раз обнять, поцеловать раз десять,
Семнадцать раз обнять...
- И за ноги подвесить
, - не могу смолчать.

А еще была песня "Михаил Самуэльевич, бросьте гуся". И еще что-то про детей и наркомана. Серьезно. В общем, когда Гора достигла в нас отметки "full", мы отправились на концерт Филипп Елистратов. Это такой широко известный в узких кругах самарский исполнитель. Шучу. Но исполнитель, да хД
Спев все традиционные костровые песни, ребята впали в беспардонный трэш. Песня "Давай до свиданья" длилась около двадцати минут, подхватываемая то одним, то другим товарищем. Это почти как мой первометафестовский онотоле одобряе, только еще более беспардонный и еще более трэш. Смысл песни был в том, чтобы рифмовать две строчки, потом петь нерифмованный бред и хором подхватывать "Ты кто такой? Давай до свиданья!" на разные - преимущественно азиатские (о, вот тут по-настоящему шедеврален был Восток!) лады.
- Кадзик, ну ты же поэт! Давай, выдай нам!
- Я не могу нести такую хуйню в промышленных масштабах.

Но все равно выдаю, а здесь запощу, дабы не забыть потом концепцию песни (хотя я ее немножко и покорежил):
- Филипп на гитаре чего-то играет,
Как остановиться, он и не знает.
Остановиться ты можешь рукой,
Давай до свидания. Ты кто такой?
- Ты кто такой? Давай до свиданья! Ты кто такой? Давай до свиданья!


Вот, наверное, и все, что я хотела рассказать об этой Груше, В очередной раз она была безумно хороша. Ох, вот еще что: нигде, ну нигде больше я не видела такого скопления разных всяких сумасшедшего вида товарищей - парень в шлеме викинга, постоянно попадавшийся мне, чувак в головном уборе индейца, разные девушки в бодиарте (в купальниках и без), дреды, фенечки, радостные лица, творить фигню и безумие, танцы, шаровары, красивые, светлые, яркие люди. Вот за это и стоит любить Грушу. За это - и за кое-что еще)

Ах, не могу не похвастаться в заключение. В этом году меня начали поздравлять сферически рано, и теперь я счастливый обладатель чудесной подвески с неизведанным зеленым камнем, а еще - компресски и термоносков. Все было протещено (кстати, как его нужно склонять? хД) прямо на Груше. И все - на отлично. Спасибо, милые.

Традиционно: всех люблю.
И целую тоже.
Лучи добра, разной радости и все такое прочее. Кадзик счастлив)

З.ы.: а еще у меня есть фотка сейлор-Ильдара:


З.з.ы.: а еще порадовала футболка Онизуки. Ыыыы.

@темы: эстетика по кадзе, стихира, география кадзе, батальон чудесных людей

14:31 

книжный червяк
дома.

начинаем отмечать диплом в пятницу, на работе, в 11 утра. ура, пить в редакции! в два срываюсь и еду в университет, чтобы пофарсить в мантии и поучаствовать в праздничном шествии. мероприятие, конечно, уныло, но, черт побери, оно последнее в моей студенческой жизни. все. официально с этой пятницы я больше не студент. ура, товарищи!

а вот, собственно, кадзик - в мантии и в своем офигительном синем сарафане, ежели кто еще фкантактике не видел:


утаскиваю из актового зала шарик, прыгаю, кружусь по площади в мантии, с дипломом, прижатым к груди, пою: "пара-пара-пара-дуем-ся новому диплому!" и бегу на вокзал. самара встречает пасмурным небом, и рвутся, рвутся в это небо подсвеченные здания. выкуриваю две трети сигареты. телефонный звонок:
- привет, ты где?
- только что приехала. курю на вокзале.
- бросай курить,
- в этот момент сигарета, которой я отчаянно пытаюсь не прожечь оранжевый воздушный шар (я же его джою на день рожденья за семьдесят километров везла!), сама собой выпадает из рук. - у нас ник, и пробудет он очень недолго.
- несусь!


внезапно обнимать нике, которого, кажется, уже тысячу лет не видела. ворваться, переобнимать вообще всех, потому что все уже собрались, и это одна я, я запаздываю, а там уже дым коромыслом, весело и радостно. и я тоже с тонной радости в голове. всех люблю.

ставим именинника на табуретку. заставляем рассказать стишок. вручаем подарок и кричим:
- сно-вым-го-дом! сно-вым-го-дом! сно-вым го-дом!

а потом смеяться, пока не заболят щеки, пить виски с колой, разговаривать о разном, курить в коридоре, стряхивая пепел в бронзовую голову собаки. и ехать через полгорода на такси, в темноте, выглядывая из окна.

а с утра - еще через полгорода, в центр самары, в котором я совсем-совсем не ориентируюсь (впрочем, как и практически везде), но которым восхищена до неприличия. полчаса гулять одной по ленинградской, запрокинув голову, рассматривать разные красивые дома, фонтаны, отправиться в книжный.
- мне здесь так хорошо. мне здесь очень-очень нравится. давай мы никуда с этой улицы не пойдем.

приходят ребята с бесполезным вавилонским разговорником, который мы читаем и ржем на пол-улицы. или даже, может быть, на пол-самары. рекомендую, в общем.
от походов по магазинам я быстро устаю. поэтому когда все застревают в альпине выбирать рюкзак, я тихонечко сваливаю обратно - на красивую улицу. сажусь по-турецки на какой-то платформе и читаю.
- девушка, извините. я решил к вам подойти... ну потому что... в общем, вы сумочку сзади хотя бы поставьте. вас уже трое сфотографировали. - упс. кадзик забыл свой ремень в тольятти, и вся улица любуется моими очаровательными стрингами в горошек.
незнакомый чувак, оказавшийся потом чьим-то знакомым, скрашивает мне время за обсуждением брэдберри, шекли, мастера и маргариты. и это здорово. светлая улица - светлые люди. чуть поодаль на гитаре играли ддт. бомжи.

а потом, потом отправляемся купаться, и я, наконец, доплываю до буйка. с негодованием отмечаю, что кадзик - уже не торт. в том плане, что я по-прежнему могу достаточно быстро плыть(но недолго). и держаться на воде могу столько, сколько потребуется. и случись чего, на себе кого-нибудь выволоку. но дыхалка уже не такая как раньше, когда я серебристой рыбкой проплывала бассейн за бассейном всеми возможными способами. да, брат-курильщик.
впрочем, курить не брошу, не надейтесь.

снова к джою с аленкой. есть курицу. курить кальян. варить кофе.
ох, кофе.
точнее джой и кофемолка. ни разу в жизни я не видела такого изврата. и не уверена, что кто-то еще это видел. короче, хозяйке на заметку: если у вас ручная кофемолка, и вы заколебались ее крутить, найдите мужчину с шуруповертом. да, да. именно это он и сделал: обхватил крепление от ручки шуруповертом и включил. шуруповерт, в смысле, включил.
- хм, это был самый тонкий помол, который мне удавалось получить в этой турке.
еще бы.

и снова в такси.
- смска от каэс: "найдите на небе луну".
из такси луны не видать, а, оказавшись у подъезда, забываем. но, наверняка, она была клевая, эта луна. я была слишком занята попыткой наложить все, что я вижу в ночном окне, на все, что я видела днем на карте.

уехать на утренней электричке. в середине пути выбраться покурить и услышать, как кто-то играет на гитаре в соседнем вагоне. а у нас - цыганки и менты. к черту такой вагон! перебираюсь. улыбаюсь и подстукиваю ногой незнакомым песням. крашенная хной бабушка тоже улыбается и доказывает певцам, что хоть голоса у них хороши, но надо, чтобы они играли романс. желательно шаляпина.
- каждый новый день лишь один из дней, - вдруг начинает парнишка в шляпе.
я подхватываю рюкзак.
- под луной, под лампой, под потолком.
брякаюсь на сиденье рядом с ними:
- слава Богу, он еще жив во мне, - я не смогла смолчать. - человек с брезентовым рюкзаком, - поем мы вместе.
певцы, правда, оказались не очень славными. какие-то они, не светящиеся были. и девочка с ними подозрительно на меня косились. поэтому я была рада, когда они скоро вышли на грушинской поляне.

а потом идти в своем городе по мосту через рельсы и остро чувствовать, как весь город расстилается передо мной.

в больших наушниках - именно это. полы клетчатой рубашки развеваются, за спиной - прекрасный зеленый рюкзак, сережки качаются, шаг за шагом, легко и быстро, солнце, синее небо, трава зеленая как на глянцевых фотографиях, запах рельс, подо мной гремят поезда, и весь мир кажется прекрасным в этот момент.

- зачем я положил на тебя руку? - смеется.
о, да.
и вправду, зачем?)

@темы: фотофак, география кадзе, батальон чудесных людей, а я слушаю тома йорка

20:14 

книжный червяк
ребятки, а есть ли у меня казанские и пензенские пч?
ищу:
1. Недорогую гостиницу на пару ночей. Голову преклонить, сумку бросить - и это все, что мне нужно. Удобства - дело совсем пятое. Или вписку, если кто-то очень сильно желает меня в гости.
2. Список клевых мест. Тех, которые лично вы считаете клевыми и показываете гостям города. Что обязательно стоит увидеть? В Казани уже точно решили заехать в аквапарк, строящийся храм всех культур разом где-то близ города, главную мечеть. В Пензе - в зоопарк и старую часть города (Даночка обещала поводить, но вдруг она чего-то не знает).
3. Городские ресурсы, где вы обычно смотрите расписание междугородних автобусов и поездов.
4. Казанцы, пускают ли неправоверных дам в мечеть?
5. Еще меня интересуют центры современного искусства. Типа Этажей в Питере. Их есть у вас?

Мы придумали кое-что очень-очень клевое на через месяц)) И я надеюсь, что все сбудется)

@темы: география кадзе

13:25 

книжный червяк
себе на заметку: собираешься в самару на полдня - возьми с собой зубную щетку и запасное белье. прекрасный город. ну хоть бы раз я оттуда вовремя уезжала)

причина поездки проста и ясна: забрать велосипед, который уже две недели торчит в самаре. может быть, покататься с товарищами. однако, стоит мне оказаться в этом чудном городе, как я вляпываюсь в покупку крыльев и мойку велосипеда, а еще в полуночное купание и, и, и... разве можно было не остаться?

о самарских спортивных магазинах надо отдельно. вот, например, пока дарин рассматривал всякие разные штаны, я углядела странную банку в стеллаже. нет, не так: очень. странную. банку. выглядело это примерно как консервированный горох, на картинке - тоже горох, где-то в углу знак с рыбой и надписью, которую я с моим чудовищным английским перевожу как "очень дружественно к рыбе". и все это дело венчает надпись "dynamite". чтобы никто не слышал, какие глупые вопросы я задаю, заговорщицки шепчу:
- что это?
дарин отрывается от штанов, изучает банку и оказывается не способным выдать мне ни одной мало-мальски правдоподобной версии. залавливаю продавца, интересуюсь.
- это конопля.
вот зашибись-то. конопля, понимаете ли. в спортивном магазине в центре города. да еще консервированная.
- что это, ты уже выяснила. теперь спроси, для чего.
ну а что мне еще остается? начинаю выяснять. выясняется, к слову, полный ахтунг. эта штука используется при рыбной ловле и действует как слабительное. для рыбы, разумеется. я сейчас не воспроизведу все аспекты ответа, но мы позже решили, что если там написано "динамит", очевидно, это оооочень сильное слабительное.

а потом, потом мыть велосипед и ехать, ехать по ночной самаре в гору или с горы, так что на подступах к набережной разыгравшийся ветер сносит тебя вместе с железным конем. этот город ночью безудержно красив, о чем я не могу умолчать - ни во время прогулки, ни сейчас. площадь куйбышева, набережная, узкие улочки с маленькими деревянными домами, парки, театры - да боже ж мой, я же влюбилась в самару! дарин утверждает, что влюблен в тольятти, а я еду и не понимаю, как можно любить мой молодой промышленный город, живя в таком прекрасном и старом месте как самара.

на набережной далеко за полночь курим кальян. и купаемся. ночью. конечно, у меня опять нет с собой купальника. чего уж там, я даже зубную щетку брать не стала, рассчитывала вернуться вечером. на то, чтобы купаться нагишом, мне пока не хватает тяму, поэтому влезаю в длинную-предлинную майку, по примеру мужской половины пытаюсь заплести белье вокруг скамейки, чтобы не унесло, но по вполне определенным причинам, мне это никак не удается. вбегаю в воду по бедра. и останавливаюсь, беспомощно шлепая руками по волнам и часто дыша:
- ваааааааа! скорей вали отсюда! на помощь! спасите! сматываемся! сматываемся, товарищи! - примерно это сообщает мне мой организм. не то, чтобы вода оказывается холоднее чем когда мы открывали купальный сезон в ширяево, но ночь и чертовски сильный ветер заставили меня замерзнуть еще на берегу. а тут...
я все-таки бросаюсь в воду, проплываю несколько метров вперед, поворачиваю и выбегаю обратно. ночь. мокрая футболка. ветер. дрожу и кутаюсь в полотенце. ребятки тоже потихоньку вылезают, а джой, сумасшедший джой, бултыхается около буйков минут десять, и все ему ни по чем.

после купания уже не вылезаю из тельняшки: во-первых, тепло, во-вторых, не покидает ощущение, что попадись мне хоть один галеон на пути, и я пойду его грабить, попивая из бутылки ром. косметики - ноль, волосы - в беспорядке, где-то перехвачены порвавшейся резинкой, не трогаю, чтобы совсем все не развалилось. на набережной пытается привязаться компания мужчин:
- привет.
еду мимо. слышу вслед:
- ты чо? это же пацан!
- да? а выглядит как баба!
- последнее кричат громче в попытке уязвить меня.
смеюсь про себя.

это очень здорово, что можно вот так вот приехать в другой город, а там - куча отличных товарищей, которые не перестают удивлять тебя штуками, которых ты никогда в жизни не делал. с начала мая я столько всего для себя уже успела открыть: многокилометровые пешие и велосипедные походы, штольни, теперь вот еще кататься ночью и даже купаться ночью. бог мой, как это все здорово. а нагишом я еще сплаваю, всенепременно)

з.ы.: пожалуй, единственным моментом, который меня подвел, стала моя паническая боязнь собак, которые ночью совсем наглеют и бросаются на каждого встречного-велосипеднопоперечного. кадзик в такие мометы становится не способным соображать адекватно, а только вопит на всю улицу тоненьким голосочком и доводит до белого каления своих спутников, потому что, например, сегодня в самаре эти собаки откуда-то выползали практически через каждые десять минут. и всем им хотелось моего белого свежеискупанного мясца, несомненно. а еще колено. в очередной раз сбоит правое колено, и после пляжа я уже ни на что не способна, кроме как ехать до дома. но колено не проходит и там. прибывая в тольятти, я вынуждена ехать на с велом на богданчике. а это еще то удовольствие, скажу вам, братцы)

@темы: батальон чудесных людей, география кадзе

10:19 

книжный червяк
далеко я вчера так и не махнул, но зато отправился на рок над волгой. дана сказала: рок над волгой? да там же одни цивилы. я не поеду. регина сказала: рок над волгой? я не поеду и тебе не советую. это ужасно.

а я вот вышел в половину седьмого утра из дома и потопал к месту встречи. параллельно отмечал товарищей, которые едут туда же и за тем же - по рюкзакам, пенкам, разговорам. стою на остановке, мимо бежит весь такой неформальный чувак:
- на концерт? - спрашивает.
- ага, на концерт.

еду в электричке с лениной женщиной. женщина хороша собой и умна, может поддержать разговор:
- стоп. вот мы сейчас едем с тобой на рок над волгой в электричке, пьем пиво и обсуждаем сюрреализм и импрессионизм?
- ну да
, - говорит. - а что? ну если хочешь, давай будем как телки обсуждать мужиков, шмотки и прокладки.

оказавшись на месте, я сразу делаю самую сферическую ошибку в мире.
- вы здесь будете стоять?
- да.
- я скоро приду.

и отправляюсь искать свою пч из сызрани, с которой мы созванивались все утро. пч я так и не нашел. зато у меня закончились деньги на телефоне и идеи, где же я в итоге оставил своих. овер двести шестьдесят тысяч человек, фестиваль начинается, кадзик стоит в поле один и понимает, что потерялся. мне несколько раз звонили и пытались объяснить, где они. где-то, где-то ведь рядом были, и я вот нашел кого угодно - милого бабника, с которым мы дружили в прошлом, знакомого сисадмина и даже того самого чувака с остановки, который спрашивал про концерт.

слава небесам, лень оказалась на месте чуть позже, уже когда я основательно побегал по полю под: "полковнику никто не пишет, полковника никто не ждет". ей достаточно было отправить всего одну смску, чтобы я понял, где она находится. с воплями:
- ле-ня! мон а-ми! - бросился к ней на пенку. тут же был обнят, напоен, накормлен, накальянен и одет в бандану.

что до самого фестиваля, я думаю, это очень круто. конечно, бутусов был совершенно уныл, а растеряев и вовсе непонятно как попал на сцену, однако ж, мы вдоволь натанцевались и напелись под ленинград и киша, а зарубежные товарищи делали что-то и вовсе отличное. вот представьте себе только, стемнело, со сцены льется такое невообразимое количество драйва, колонки бьют так, что у меня дрожит ткань на брюках, и не прыгать, не кричать, не танцевать совершенно невозможно, хоть ты уже и сорвал горло, и на ногах тяжелые ботинки, и совсем уже все устало. стемнело. над фестивалем раздаются аккорды behind blue eyes, а я запрокидываю голову в небо и смотрю, как улетает горящий фонарь. и думаю: вот мне было пятнадцать, и я слушал по вечерам радио максимум, по которому постоянно крутили behind blue eyes. мог ли я представить себе тогда, что когда-нибудь смогу услышать ее вживую? да и вообще, limp bizkit отыграли, пожалуй, круче всех. я не большой любитель их творчества за исключением одной песни, однако то, что они делали на сцене, это было очень мощно. я рад, что поехал.



оно того стоило, милые. под тольятти сделали отличный фестиваль.

@темы: kadze-s little wold, география кадзе

19:00 

книжный червяк
У меня были отличные выходные, братцы! Настолько отличные, что я вот сижу и сама себе завидую.




К пятнице с дипломом, работой и всеми этими душевными перепитиями я умудрилась настолько морально вымотаться, что, в общем-то, и не почувствовала, что начинается долгожданный отдых. Сидела и готовила диплом к вторичному нормоконтролю в полной апатии. Однако приезжает Дарин с виски и колой, и после бокала этого напитка, а так же предварительной чашки кофе я все-таки начинаю что-то чувствовать:
- Слушай, - говорю. - Ведь выходные же начались. Только что поняла.

Весь поход проходит под лозунгом слабоумие и отвага. Потому что он не мог пройти иначе, коль уж в половину восьмого мы собрались мобильной группой на станции Отвага. Там ФX несмотря на мои вопли выкручивает мне велосипедное седло так, что я едва-едва касаюсь носками ботинок земли, и утверждает, что только так и нужно передвигаться. Делаю пробный заезд вдоль рельсов, еще боюсь разгоняться, потому что я же не контролирую ситуацию, когда не могу в любой момент оттолкнуться полной ногой от земли, ежесекундно теряю равновесие:
- Смотри, смотри, смотри, как она едет! - Доносится мне вслед чье-то умиленное и дружеский ржач в несколько глоток.

Потом, впрочем, привыкаю: и к высокому сиденью, и к постоянным горкам, к скорости, которая для моих расчудесных велосипедистов является нормальной на протяжении многих километров, а для меня - откровением, и к тому, что за 70 километров мы сделали всего два больших привала. Мы едем, едем, едем и еще раз едем. Поначалу на каждой горке я пыхчу и умираю, потому что больные колени превращают подъем в настоящий ад, и ребятам приходится ждать меня. Так мы добираемся до Зольного, где устраиваем поздний завтрак на набережной. У Онизуки лопается первая камера, и пока они все там суетятся и чинят ее, я слушаю, как Волга плещется о берег, и смотрю на воду. Умиротворение.

После того, как бутерброды съедены, камера починена, и все оторвали филейные части от песка, я сажусь на велосипед и говорю: "Ой!". Потому что на самом деле "ой", да еще какой - мы проехали только треть пути, а у меня уже болят все мягкие ткани да так, что приходится пристраивать на седло старый подджойник, которому в конечном итоге я чертовски благодарна. А еще болят колени и мышцы. И все это ехать никуда не хочет. А ребята несутся вперед, и я вижу только рюкзаки и задние колеса. И я думаю: это тяжело, это очень тяжело. Я, конечно, осилю эту дорогу, но больше никогда в такую авантюру не ввяжусь, это слишком тяжело для меня.

Нет, не дело. Выжимаю из себя все, что только могу, догоняю их всех, а где-то и отрываюсь вперед. И несусь, несусь, несусь тоже, потому что, оказывается, все я могу и ничуть не хуже, потому что, оказывается, чем сильнее ты разогнался, тем дальше тебя протащит, и тем легче тебе будет ехать, как бы это ни было очевидно. И вот я уже взлетаю на горки и вязну не на каждой первой, а только на каждой четвертой. И вот я уже совсем не чувствую себя слабой девочкой, а пру вперед с настойчивостью маленького бульдозера и очень ясно ощущаю, что могу еще и дальше, и выше. И что, конечно, поеду. И не раз.

А на пути нас ждет разное. Серпантин длиной в несколько километров, идущий под гору по невероятным местам, по которому мы летим так, что слезы льются из глаз от скорости (кто-то из ребят называл цифру в 50 км/ч), у меня срывает кепку, и я ловлю ее в волосах, несусь, улыбаюсь во весь рот.
- Вот оно счастье, милые, - говорю, когда мы тормозим после серпантина, чтобы сфотографироваться на фоне красоты, раскинувшейся за изломом дороги.



Дорога, засыпанная крупной белой пылью - перевозят стройматериалы, что-то типа известки - и мы опять летим вниз, прорываясь сквозь эту пыль, засыпающую глаза, и я уже почти ничего не вижу, а на меня движется огромный желтый грузовик, и я отчаянно сдаю вправо и чуть не растягиваюсь прямо на шоссе, потому что еще немного и колесо соскочит с асфальта на обочину, которая намного ниже, и я точно тогда не удержу руль. Но нет, справляюсь, вываливаюсь из облака пыли, прошу воды и промываю глаза.

Горок и спусков - без счета. Крутить, крутить, крутить педали, только войти во вкус и:
- Ой, ребята, это уже Ширяево?
Так незаметно мы делаем 50 километров. В любимом ширяевском киоске закупаемся вкуснейшими жареными пирожками и падаем под дерево в чьем-то дворе.
- Мы гордимся тобой, - говорят мне. А я и сама горжусь. Очень ясно ощущаю, что я вот сейчас в мужской компании, наравне с ними махнула эти 50 километров. Нет, конечно, они без меня сделали бы это гораздо быстрее, но это ведь рекорд, настоящий новый выходной рекорд (после Ширяево мы сделали еще двадцатку) - раньше максимум был 66 и по абсолютно ровной поверхности, а тут - такие горки и местами совершенно сумасшедшая трасса (это тоже после).
Мы лежим на траве под березой около чьей-то калитки, едим пирожки:
- Вот, представляете, я в Тольятти вернусь, пойду на работу, а там у меня такие же туристы во дворе лежат.
- Там они уже не "туристы" называются.
Так мы приходим к обсуждению о том, как отличить бомжа от туриста. Подытоживаем: если у бомжа есть дорогая снаряга и всякие прибамбасы с собой - значит, он турист. Следовательно, меня, например, можно считать бомжом, когда я возвращаюсь домой грязная, лохматая, в рваной рубашке и с сумасшедшими глазами )



Потом мы трясемся по грунтовой дороге, где я окончательно отбиваю свою маленькую многострадальную задницу, пробираемся по Козьей тропе (пытаюсь местами ехать, а не идти, чуть не срываюсь и бросаю это занятие до адекватной поверхности), проезжаем мимо сектантов, вязнем в щебенке, и, наконец, падаем у воды. Ребята собираются купаться. Я думаю, что они ненормальные. Поэтому тут же познаю счастье - о, чудная свобода! - купаться в трусах и майке на голое тело, и это так здорово, потому что никому в целом свете нет дела до того, что это неприлично или нецеломудрено, и можно переодеваться, совсем никого не стесняясь, ведь у всех поход.
- Итак, это была отвага, а теперь слабоумие! - С этими криками мы залетаем в воду. Тут же забрасываю тело как можно дальше, руки привычно вспоминают брасс, становится теплее. Решаю далеко не уходить поначалу, сплавать обратно. В какой-то момент мне приходит шальная мысль проверить, есть ли дно под ногами. Дна нет, ухожу с головой, выныриваю и что есть силы плыву к берегу. Сумасшедше, холодно, бррр! Ребята говорят, что в этот момент у меня было очень "доброе" лицо. Судя по тому, как много и долго они смеялись, да. Выбегаю, часто дышу, торможу на каком-то камне, вся переполнена, все внутри волнуется, трепещет, дрожит.
- Кадзик, ты чего кричишь? - улыбаются ребята.
И только в этот момент я понимаю, что я что-то кричу.
- Я в шоке, - говорю. Это погружение с головой (и не только в воду, во всё), раннее открытие купального сезона, невероятная поездка, ощущение полной свободы (да я же могу теперь, что захочу и куда захочу!), и все вокруг меня прекрасно - эмоции захлестывают меня и выбрасываются через крик. Отдыхаю на камне и сушу волосы. Онизука фотографирует меня сначала в позе нормальной русалки (кадр получается уныл и банален), а потом - в качестве падшей, с сигаретой и жуткой рожей (а вот это уже того стоило, но я вам его не покажу).

И вот тут-то самая пора сказать огромное спасибо вам, милые. Тем, кто втянул меня во все это, кто был со мной рядом и показал, что это есть и что я это все могу. Спасибо, родные. Это было великолепно. Самое лучшее, что может только быть, чем можно заряжаться и вдохновляться - это люди и природа. Чудесные люди на чудесной природе. И выходные. И расцеловать всех опять во все щеки, когда увижу)

Засветло добираемся в катин домик в Подгорах. Вот тут-то мое "могу" заканчивается. Пролезаю через калитку, затаскиваю велосипед на крыльцо, зацепляю боком стул, на котором стоит тарелка, полная воды. Вода расплескивается. Пытаюсь еще раз. Роняю стул и тарелку. Господи, как же я беспомощна! В этот момент я понимаю, что сейчас разревусь, потому что силы кончились - и основные, и резервные, я выжата полностью. Но не реву. Затаскиваю все-таки велосипед, обнимаю Алену, Джоя и Катю, которые ждали нас, и падаю на кровать.

Ленивый вечер. Я предпринимаю попытку отправиться с ребятами купаться, однако комары и усталость заставляют меня повернуть обратно. Я начинаю возвращаться, прохожу какое-то расстояние и до меня доходит: я иду в шортах посредине незнакомого села, очень слабо представляя себе, куда мне, собственно, нужно, без лифчика и без мобильника с мокрой майкой и трусами для купания в руках, мимо проезжают таджики на велосипедах, о чем-то говорят на своем. Но все обходится. Я снова в домике, откуда фактически не выхожу до момента воскресного отправления. Очень ленивый вечер: я даже не готовлю ничего, ссылаясь на то, что вот это у нас уже есть, а это кто-нибудь пожарит. Пару раз засыпаю, меня кто-то будит, чтобы я 1) уползла на свою кровать 2) уползла на свою треть кровати.

В воскресенье днем выезжаем из Подгор. Я соображаю, что у меня всего одни джинсы, и если вдруг они немножко испачкаются, будет не очень удобно идти на работу. А, впрочем, где я тут могу испачкаться? Погода тут же показывает мне, где. На причале в Рождествено огромная туча проливается сильным дождем, я кутаюсь в дождевик и отчаянно мерзну, потому что из теплой одежды у меня толстовка и чистый плащ, в котором я собираюсь возвращаться в Тольятти. Приплываем в Самару. С неба больше не течет. Отлично! Переодеваюсь в плащ. Это, к слову, было фатальной ошибкой, потому что в прошлой поездке у моего велосипеда отвалились оба крыла (я говорю велосипеду: где твои крылья, которые нравились мне?), и я не успела ничего с этим сделать, а в Самаре-то лужи-лужи, и все, что рассекают мои колеса, оказывается на моей заднице, груди и лице. К концу поездки уже зачерпываю лужи ногами и не морщусь - пофигу.

Но Самара так чудно хороша и свежа после дождя, и это так здорово - снова лететь по незнакомому городу с горки, не крутя педали и влегкую обгоняя трамвай, а вокруг - лето-лето-лето. Боже мой, да я самый счастливый человек на свете. Мой плащ полностью забрызган, джинсы сухие только на бедрах спереди, шею, лицо и ноги покрывает ровный слой грязи, а я улыбаюсь и смеюсь.

В таком виде, лишь протерев лицо влажной салфеткой, заваливаюсь к Дарину, снова смеюсь, когда обозреваю себя. И даже не присесть, потому что если я куда-нибудь приземлюсь, я что-нибудь обязательно испачкаю. Стираемся, сушимся и смотрим эпический по своему кретинизму фильм про супергероя Багрового болта, отмеченного божьим пальцем (натурально!), который (Болт, а не палец) ебашит во имя справедливости направо и налево водопроводным ключом плохих парней. Право слово, я бы не стала смотреть даже пять минут этого фильма, но у меня не было выбора. Я вынашиваю план мести какой-нибудь лентой Феллини или Тарра)

Я уже начинаю засыпать, когда из окна доносятся вопли. Какой-то ну оооооооочень пьяный товарищ отчаянно колотится в какую-то дверь и требует, чтобы его пустили. Минуте на десятой он выдают шедевральную фразу:
- Открывай! Никого не бойся: это я пришел!
- Я бы после этого точно побоялся бы открывать, - говорит Дарин.
А я просто ржу как ненормальная. Никого не бойся, понимаете ли, это я пришел.

Утро, и я уже на работе. Кроссовки, не просохшие за ночь, зачерпнули еще самарской и тольяттинской дождевой воды, поэтому я сижу в редакции в носках, а в моей обуви лежит и впитывает влагу новый номер газеты.

И вот вам еще одна фотка, чтобы вы смогли хоть немного увидеть этой красоты:


и когда я пишу этот псто на работе, я думаю: ну все, никаких сюрпризов, все возвращается на круги своя... однако, мои сумасшедшие женщины, проведшие выходные в моей пустой квартире, придерживаются иного мнения. у себя фкантакте я нахожу новую аватарку с бруно-котом и баночкой фасоли, на рабочем столе дома - то же самое плюс десятиминутное видео с моими женщинами в масках льва алекса из макдака (а я вам его тоже не покажу, это хоум-видео =Р), по всей квартире (даже в дрели!) их фотографии, а грустная бумажка "ты все еще жив. каждый день. не забывай об этом", приклеенная мной на стену в период жесточайшего расстройства, теперь выглядит куда колоритнее: "ты все еще жив. цел. орел! каждый день. не забывай об этом". женщины немного переживают, что я могу как-нибудь неправильно на все это дело отреагировать, однако им все сходит с рук, я смеюсь и радуюсь.... однако, женщины: нахуя вы установили мне кмплеер и панель инструментов кмплеера (кто-то, очевидно, не смотрит настройки при установке) в гугль хром?))

всех люблю. я чертовски счастлива, что вы у меня все - такииииииииие)

@темы: батальон чудесных людей, география кадзе, фотофак

08:13 

книжный червяк
Кинула себе на почту давно - и забыла. Все-таки запощу:


Нашла отличную новость в этом вашем интернете:
В Жигулевском заповеднике открывается маршрут "Стрельная гора"
24 мая 2012 года состоится торжественное открытие экскурсионного маршрута «Стрельная гора».

Гора Стрельная расположена на территории Жигулевского государственного природного биосферного заповедника имени Спрыгина и является одной из самых высоких точек Жигулей.
Около года назад началась реконструкция туристского маршрута протяженностью 500 метров, на создание тропы на вершину Стрельной министерство природных ресурсов и экологии РФ выделило 8 миллионов рублей.

Оборудованный маршрут позволяет сделать посещение смотровой площадки круглогодичным. Отличительной особенностью данного проекта является то, что первые 250 метров тропы специально оборудованы для инвалидов-колясочников. Здесь располагается первая смотровая площадка, откуда открывается красивый вид на Волгу и Жигули.

В очередной раз вспомнила, что никогда не была на Стрельной. Ребятки, а давайте как-нибудь туда махнем? Понятно, что стоять там с костром нельзя, потому что заповедник. Но где-нибудь около-то можно)

@темы: география кадзе

22:34 

книжный червяк




каждый раз, когда я возвращаюсь от солнечных самарцев, я думаю про эту песню. чаще всего в ответ на мое желание она выпадает мне в рандомном плейлисте.

несколько часов дороги - это рядом.
поэтому в пятницу я быстренько предзащищаюсь - вместе с преподами и завкафом мы дружно ржем над моим дипломом - бегу на день рожденья к брату, помогаю ему со столом и резкой овощей, успеваю даже выпить пару стаканов вина, попробовать шашлык и падаю в последний автобус на самару. там меня встречает дарин и кормит восхитительным мясным пирогом. просто чудо, а не пирог, вот что. дарин, добудь мне рецепт!

всю ночь - то ли от переволнения, связанного с предзащитой, с тем как все успеть и жадного ожидания предстоящего похода, то ли еще от чего - верчусь и не могу уснуть. час ночи, два, три, четыре. кажется, в итоге мне удается поспать около полутора часов, потому что в пять уже надо подниматься, чтобы успеть на первый омик с речвокзала.

впрочем, несмотря на полтора часа сна мой организм мобилизует все свои силы, потому что поход - это одна из лучших вещей, которые регулярно со мной случаются, а значит, надо быть бодрой.

в ширяево я не была уже лет пять, поэтому с удовольствием узнаю знакомые места и открываю новое. например, обалденнейшие пирожки в маленьком киоске. мы сидим на траве и ждем, пока их пожарят - партиями по три. ждем долго, постепенно на траве появляются книжка, девайсы, бутылки с водой и всякие разные вещи. кажется, еще немного, и мы вот прямо тут и палатки поставим. а пирожки огромные и вкусные, такие вкусные, что пальцы можно себе отгрызть. теперь у этой пирожковой появился постоянный клиент в моем лице. говорим об искусстве:
- здесь, в ширяево есть музей репина.
- мы знаем.
- правда, он совершенно унылый.
- да, хотя сам репин не так уж плох. у него были картины с тибетскими горами. они красивые.
- дарин, тибетские горы рисовал рерих.
- и долго я еще троллю дарина его пролетарским провалом.

а еще ширяевский креатив совершенно отличен. вот это, например, женский туалет:


а это ширвуд. просто ширвуд, понимаете ли:


забраться на монастырскую гору с рюкзаком (да и без, кстати, тоже) - дело не шуточное. по крайней мере, для меня, с моими лагающими коленями и дыхалкой курильщика. но я стараюсь не останавливаться на передых, потому что иначе тело просто откажется идти дальше. в итоге, как два настоящих мужика, мы одолеваем гору с катей первые.

поход ленивый, не как на первые майские. ставим палатки, готовим кофе и еду. и вот тут-то меня начинает клонить к земле от недосыпа. вытягиваюсь сначала на онидзукиной пенке, потом - на своей. все уходят гулять, а я валяюсь, смотрю, как надо мной качаются кленовые листья, пролетает орел (кстати, на следующий день мы его видели совсем близко - он взлетел с дерева над водой примерно в паре метров от нас). поют птицы, шумят листья, и я чувствую себя счастливой. ребята гуляют, наверное, около полутора часов. за это время я успеваю поваляться, побегать по лагерю и пофотографировать цветы на макро, залезть на дуб на краю горы и славно провести время там, любуясь на ширяевские горы.

в какой-то момент алена с совершенно серьезным лицом рассказывает про свои проблемы с хлебом:
- и вот я прихожу в магазин и говорю: "дайте мне батон белого хлеба", а они мне: "так вам батон или хлеб?".
оказывается, в москве хлеб в принципе называется батоном. ну или что-то вроде того.
- ну все правильно. мы бы тоже тебя спросили, батон или хлеб тебе нужен.
- погодите, а что такое батон?
- вот смотри, батон - это вытянутая фиговина, а хлеб - это все, что похоже на кирпич.


а вот и алена. очень тру готовит кофе:


кто-то из нас обещает принести записную книжку и фиксировать все походные фразы, потому что это действительно нужно записывать. приезжая домой, я не помню половину всего, что меня так умилило или порадовало: выдуманная книга "агрессия, жадность, эгоизм: путь к себе", например. и еще куча всякого разного.

к слову, вот иллюстрация к части про жадность. здесь дарин дает для кати обучающий семинар по взвешиванию пакетиков с рисом, в ходе которого выясняется, что нас наебывают на 2 грамма в каждом пакетике:


вечером долго сидим у костра, разговариваем и смеемся. в темноте катя потихоньку приканчивает онидзукин чудесный ликер. я смотрю на огонь и думаю, что это чертовски прекрасно - языки пламени и красные с белым пеплом угли, это можно наблюдать часами, что, собственно, я и делаю. ночь у костра - это одна из тех вещей, ради которых я снова и снова навешиваю на себя тяжелый рюкзак (странно, кстати, в этот раз он весил меньше, хотя взяла я с собой определенно больше. мистика!), куда-то еду и куда-то иду. вечер завершается воистину достойно: мы с джоем, захлебываясь от хохота, зачитываем трешовые стихи окружающим. потом я пытаюсь делать это в одиночку, но чем дальше - тем непечатнее и непроизносимее становятся вирши, поэтому я просто сижу и матерюсь в перерывах между фейспалмами.
уже одно соотношение названия и вида доставляет. вот посмотрите:
- Хуй Таджика - любовная лирика;
- Саша Пидораст - пейзажная лирика;
- В рот собаку ёб - любовная лирика;
- Гопники - гражданская лирика;
- Еду на аборт - философская лирика.
Всем желающим ознакомиться, рекомендую начать с Саши Пидораста:
"Саша Саша пидораст
Не обманет, не предаст."

А вот ссылка на страничку автора.

эти майские походы и вылазки какие-то необыкновенные. во-первых, подобралась совершенно чудесная походная компания, с которой любое мероприятия гарантировано превращается в отличное, а это уже много. а во-вторых, я постоянно делаю то, чего раньше никогда не делал: иду пешком с тяжелым рюкзаком двадцать километров, отмахиваю на велосипеде - 66 или... в этом походе я варю кофе в котелке. то есть, сначала я делаю это в турке, и кофе получается совершенно волшебный - потому что с виски, свежесорванным земляничным листом и потому что на углях. летний кофе. но ребята жалуются, что моего кофе чертовски мало.
- вари в котелке, кадзик.
- котелок это не посуда для кофе! кофе не варят в котелке!
- воплю я, оскорбленная в лучших чувствах. как же это, кофе да в котелке? а потом алена варит кофе сразу на всех, и я думаю, что, в общем-то, это и не такая уж и плохая идея. и на следующий день пробую сама. и действительно - магия кофе не потеряна. это потому что поход. дома бы вот ни за что в кастрюле не получилось, уверена.

на закате я фотографирую колосья в последних лучах солнца:


в середине второго дня мы отправляемся смотреть штольни. добираемся сначала по верху горы, но это трындец невозможно - то вверх, то вниз, а если идти параллельно дороге, которая где-то должна быть совсем внизу, по склону, то ты постоянно скользишь по листьям и норовишь упасть вниз. найденные ребятками палки, конечно, спасли мою задницу от изрядного количества падений - мне вовремя удавалось упереться в землю или повиснуть на палке, но это не панацея от всего. на спуске я зашибаю щиколотку о камень. вроде бы ничего и дальше идти можно, но через несколько часов она начинает чертовски болеть и сильно влияет на мое настроение и скорость на запоздалом спуске с монастырской горы. по дороге в штольни мы проходим кучу разных красивых мест - например, каменную, отлично оборудованную стоянку. там даже находится бутылка воды, оставленная предусмотрительными хозяевами для усталых путников, и я наполняю фляжку. сами штольни и вовсе производят огромное впечатление на меня, побывавшую один раз не дальше чем в пяти метрах от входа в какую-то пещеру в сопровождении группы автобусных туристов. в штольнях остро чувствую, как мы входим в недра горы, и что над нами огромная толща земли. изо рта вырывается пар, лучи фонарей выхватывают из темноты несущие столбы земли и обвалы. мне немного не по себе. мы доходим до конца неглубокой штольни. а потом выключаем фонари и возвращаемся в полной темноте, нащупывая перед собой дорогу палками и постоянно переговариваясь. как слепые.
- не прекращайте говорить, - прошу я. потому что я боюсь представить, что будет, если вдруг мне покажется, что рядом со мной, в этой густой темноте нет алены и джоя. конечно, можно включить фонарь, но ведь это не по правилам игры.
а за пещерой снова лето. нас слепит яркий свет, мы снимаем теплые вещи и растираем озябшие руки.

поднимаемся на самый верх горы верблюд и курим там. я сначала осматриваю все окрестности и чуть ли не воплю от восторга, а потом растягиваюсь на самом краю под солнцем. мне хорошо.

а это маленькая пещера на самом верху горы:


а потом торопимся обратно, потому что всем кроме меня надо попасть в самару, а значит - успеть на плавсредство к шести часам. без десяти пять нам удается штурмом взять гору около лагеря, мы карабкались как оглашенные, срывались по листьям, я даже проехалась по земле левым боком в особенно крутом месте, где джою при помощи палки в итоге пришлось затягивать нас с аленой наверх.

каждый поход, будь он самый маленький вмещает в себя огромную радость - от природы, от увиденного, от нового, от общения с чудесными товарищами. я еду из ширяева на автобусе и всю дорогу улыбаюсь. въезжаю в тольятти под опенинг из сейлормун и битлов. приезжайте в тольятти кататься на велосипедах. вписка у всех вас есть, если что)

а фотки - к посту и вообще - будут завтра, потому что я оставила картридер на работе.

@темы: география кадзе, батальон чудесных людей, фотофак

18:40 

книжный червяк
Я сижу под вишневым цветом
На бездонном краю земли.
Мне случаются этим летом
Все счастливые корабли.


Мы лежим с Аленой на обочине проселочной дороги через какое-то поле, потому что ребята потеряли рацию и теперь бегают ищут ее, а мы вот лежим, ничего не делаем, усталые. И даже говорить почти нет сил. А хочется. Потому что небо синее-синее, трава зеленая-зеленая, вокруг тепло, светло, над нами цветет черемуха. Тогда я достаю мобильник и записываю. Я бы сделал из этого четверостишия целое стихотворение, но ребята слишком быстро нашли рацию...



Впрочем, все по порядку:

0. У меня пятнадцать этих самых, или отечественные, куда молиться ходят
Суббота это еще даже не первый походный день, а его предвосхищение. С утра я забрасываю рюкзак Джою, покружив предварительно по кварталам и протестив его (рюкзака, а не Джоя) вес. Ходить можно. Иногда шатает в разные стороны. После работы хватаем рюкзаки и бежим на вокзал. Переливаем бархатное чешское пиво в термос и бутылочку от фрутоняни и загружаемся в маршрутку.
Конечно же, играть. В комментариях к одному из моих постов два человека с ограниченными артикуляционными возможностями - собственно, я и Джой - уговорились болтать в маршрутке без буквы "р". И вот что я вам скажу, братцы, это нифига не просто.
- Гляди-ка, какое небо!
- Да...эммм...симпатично.
- Оно мне очень н...блин...оно очень к... бля.... Оно мне любо!
- выдаю я, порывшись в памяти, архаизм, и мы начинаем ржать.
Подобная беседа, изобилующая ненормальными аналогами, вообще располагает к постоянному ржанию. Что мы, собственно, и делаем. Из мемов поездки - место интеллектуального отдыха (театр); отечественные, куда ходят молиться (храм, церковь); мальчик, что был с нами (мальчик, который); у меня пятнадцать этих самых (толщина какой-то походной штуки). Счет проколов ведем в двоичной системе, когда запутываемся - на пальцах. Из маршрутки выходим интеллектуально вымотанные. Я думаю: больше никогда. А если не никогда, то очень не скоро. Буквально следующим днем мы отжигаем с тем же самым в автобусе на Троицкое.
А в Самаре нас ждет славный ужин. Дарин кормит нас макаронами по-флотски. В форме, простите, хуйцов.

1. Если с туриста снять рюкзак, он упадет лицом вниз
Как правило, маленький Кадзик своими изнеженными плоскостопыми ножками проходит минут сорок с легким рюкзачком и говорит: все, усталъ. Когда я увидел километраж маршрута, я не то, чтобы испугался, нет, я просто офонарел. 20 километров. Мой рюкзак весил 17 килограмм. И я это сделал. Как и все остальные. В группе из тринадцати человек, кроме меня, были еще четыре девушки. И все они шли. Самый легкий рюкзак весил 12 кг, самый тяжелый - 25 кг (это уже, разумеется, не женский). Я не знаю, для кого и как, но для меня это вот трындец огромное достижение - 20 километров пешим ходом за один день. Другими словами, целый день идти, идти, идти и еще раз идти.
В какой-то из моментов Дарин говорит: "Знаете, вот если бы мне кто сказал, что мы дадим тебе тысячу рублей, а ты за это пройдешь 20 километров с тяжелым рюкзаком, я бы послал их, а так я трачу эту же тысячу и даже больше, чтобы делать это бесплатно".



Первые пять километров даются на удивление легко. Топай себе и топай с привалами. Даже странно, что я раньше этого не делал. На двенадцатом, когда мы доходим до Чертова пальца, уже основательно устаю. Но еще до отдыха с удивлением понимаю, что могу больше. К слову, Чертов палец - это вовсе отдельная песня: скальное образование высотой с трехэтажный дом, оставшееся после схода ледника стопиццот лет назад. Конечно же, мы на него тут же лезем, поднимаясь по шатким бревнам и фотографируемся с радостными рожами. Недалеко от пальца встречаем группу на квадроциклах и внедорожниках, которую привезли на экскурсию. Ощущаю, что нас им тоже показывают как часть местного колорита: вот, мол, посмотрите налево, там проходят туристы - это такие люди, которые зачем-то прутся вдаль на своих двоих и тащат огромные рюкзаки. К слову, сзади мы напоминаем отряд рюкзаков на ножках. Это очень смешно.



Через пару километров - водопад Девичьи слезы. К этому моменту я уже чувствую себя основательно уставшим. Падаем на стоянку рядом с водопадом, доедаем запасы, приготовленные на переход. Любопытство сильнее усталости, поэтому я бегу к водопаду, потрогать его руками. Вода в гроте чертовски холодная, умываю лицо, фыркаю, снимаю носки и сую уставшие ноги в воду. Тут же отпрыгиваю. Держась за толстую льдину (это в +20 примерно), обуваюсь. Вода придает сил, и я готов идти еще. Впрочем, недолго.



Дальше начинается самая сложная часть пути, думаю я. Идти тяжело, рюкзак давит на плечи. ФХ постоянно сверяется по навигатору, периодически кричит "Я знаю короткий путь!", кто-нибудь из нас так же периодически цитирует что-нибудь про Сусанина. Пробираемся по дорогам, срезаем сквозь лес и поля. Идем бодрым шагом, потому что надо успеть оказаться на стоянке и разбить лагерь до захода солнца. Вырываюсь из аутсайда в авангард, не думаю уже ни о чем кроме того, чтобы регулярно уклоняться от веток, следить за шнурками и механически переставлять ноги. Еще перед электричкой Алена говорит: "Если с туриста снять рюкзак, он упадет лицом вниз". Теперь я получаю возможность прочувствовать это на себе. Рюкзак на мне, но я спотыкаюсь, и 17 килограмм груза заваливают меня вниз. Коленки почти целые, черные от земли. Меня поднимают. Идем дальше.
Оказывается, самая сложная часть пути начинается, когда физические силы организма на исходе, и ты идешь уже тупо на силе воли. Топ-топ-топ. Короткий привал. Топ-топ-топ. Я нашел короткую дорогу! Топ-топ-топ. Ребята, смотрите, сморчки. Топ-топ-топ. Снова привал. ФХ периодически сообщает, сколько нам осталось:
- Еще два километра.
- Погоди, два километра уже было два километра назад!
...
- Еще три километра.

Я смогу. Я смогу. Ясмогуясмогуясмогуясмогу.

И мы-таки добираемся до стоянки вовремя. В считанные минуты в лагере появляются палатки, костер, подвески с канами и даже умывальник. Особенно героические товарищи находят в себе силы прогуляться еще пару километров за водой.
- Такими темпами мы тут скоро Интернет проведем! - шутит кто-то.
Готовим, правда, в темноте, и я держу фонарик подмышкой, чтобы свет попадал в сковороду с тушенкой, в которую я добавляю специи и размешиваю их ложкой.



2. конь, пентаграмма и каменный лабиринт
Второй день проходит лениво. Мы отсыпаемся, отъедаемся, мокнем под дождем. В солнечные моменты около костра появляются люди с дымящимися от испаряющейся воды ботинками, вкопанные палки с мокрыми носками и ботинками, куртки, носки, дождевики занимают даже веревку, на которой подвешены каны. Иногда носки падают в костер. Иногда я понимаю, что это были мои носки.
- Вооот, уже белье на веревке висит. Скоро тут прищепки появятся, женщины притащат младенцев, - в шутку ворчит Джой.
Приключения начинаются около четырех пополудни. Мы лезем на большую гору с соснами и изъеденными ледником камнями. Там мне удается отправить смску, а особенно удачливые умудряются даже поговорить с внешним миром. Хотя отсутствие связи в походе в общем-то не напрягает. Уже в каменном лабиринте, прыгая по валунам я понимаю, что вот именно ради этого - валяться под черемухой в каком-то поле, лезть на Чертов палец, умываться в водопаде, теперь вот еще прыгать по гигантским замшелым камням, рискуя свалиться в трещины больше человеческого роста, - и стоило пилить 20 километров. Я шестнадцать лет живу в Тольятти, и не знал, что у нас в области есть такие штуки. На самом деле, это нужно смотреть, и когда Саня выложит фотки, я обязательно упру немножко сюда. Просто чтобы показать.



Какой же поход обходится без гитары? Наш попытался. Гитарасты не приехали, зато у нас была Алена с варганом. Пиум, пиум, пиум, - раздается в ночи за костром. К варгану присоединяется хор мальчиков с горловым пением. Звучит все это настолько офигительно, что я не выдерживаю, перебираюсь на дерево, занятое оркестром, и начинаю барабанить по жестяной миске.
- Пиум-пиум-пиум, - поет варган.
Ребятам надоедает издавать бессмысленные звуки:
- Конь. Конь. Конь. Конь, - подтягивают ребятки.
- Пам-пам-пам, - барабаню я.
В какой-то момент "конем" наши мальчики-зайчики умудряются выдать имперский марш.
Чуть позже Алена расставляет по территории лагеря свечи-таблетки. Кажется, еще чуть-чуть и начертит пентаграмму. Стоит ли удивляться, что после этой магии к нам в лагерь больше не приходит ни один гость?
Много смеемся, пьем земляничный чай, греемся у костра.

А на третий день мы отправляемся домой, и случается еще много всего хорошего. Но я устал и отказываюсь качать летописца дальше. Лучше вот выложу песенки, спешил фо Катя, которая призналась, что любит нас, картавых:





з.ы.: ждем фото, жду вас всех в гости, как только окажетесь в Тольятти, и следующего похода, конечно.

а вот что пишут об этом походе товарищи - и, самое славное, что у всех отчеты совсем разные:
Онизука
kos mos
Darin
мега-отчет от Лисё
Атхорайе

и напоследок: а вот такие в Сызрани пригородные кассы


@темы: фотофак, география кадзе, батальон чудесных людей

20:42 

книжный червяк
самые большие и радостные посты в этом бложике, как правило, либо о других городах либо о замечательных ребятках, потому что я очень люблю и то, и другое. и уж совсем бывает хорошо, когда эти штуки объединяются.

я уже писал, что улыбаюсь в маршрутках по дороге между самарой и тольятти. трасса. табличка: зеленовка 1 км. я предвкушаю отличное время. винтай столько-то километров, прибрежный столько-то. челябинск столько-то. тихонько улыбаюсь и ставлю фахтрдинова. музыка. стихи. самара 20 км. улыбаюсь шире. скоро-скоро я доеду. в районе первых домиков я начинаю улыбаться во весь рот и мурлыкать песни себе под нос.

в самару я езжу заряжать свои внутренние батарейки.
- для зарядки трех пальцев хватит, - говорит дарин позже, описывая фонарь. я начинаю ржать, представляя идущего по лесу туриста и одалживающего у друзей пальцы, чтобы фонарик горел.
в этом городе еще чертова туча открытий. меня ведут в ашан, которого в нашей провинции, разумеется, нет. сам ашан оказывается примерно тем же, что и реал, за исключением отличного сервиса. я пью йогурт с облепихой и людьми. зато бегаю по космопорту и ежеминутно тыкаю пальцем: смотри, какая классная штука! навстречу идет парочка корейцев. девочка занимается тем же самым, очаровательно приложив к губам пальчик.
- это у них врожденное, наверное.
- ага. даже если я буду двадцать лет тренироваться, я не смогу сделать это так же кавайно как она... особенно, если я буду тренироваться двадцать лет.

дороги в самаре еще более убитые чем у нас. но мы все равно добираемся до алены. обнимаем, пьем чай, варим сосиски. приходит умильная собака зоя с хозяйкой kos mos. обе похожи на очаровательных лисичек. боюсь, но глажу собако. зоя боится больше. до полуночи вечер проходит вокруг собаки. кофе. потом виски с колой и долгие разговоры о всяких чертовски важных или просто смешных вещах. у алены восхитительная тишина и спокойствие, и я в очередной раз понимаю, что мне просто очень хорошо сидеть с этими товарищами и разговаривать. не важно о чем. всю ночь дом слушает, как мы смеемся. мы засыпаем после рассвета.

в девять утра я понимаю, что башорговский мужик с перфоратором живет именно в этом доме. в полдвенадцатого у меня не остается сил бороться с ним, и я окончательно просыпаюсь.

утро переползает в день. зефирки, варган, горловое пение, сборы. я отбываю на метро. это второе открытие. года три меня обещали покатать на самарском метро, потому что это мой самый любимый вид транспорта, и потому что я чертовски скучаю по питеру. осторожно вхожу в подземку, втягиваю носом воздух. оно. опускаю непривычный пластиковый жетон в узкую щель контроллера. спускаюсь на эскалаторе, удерживая руку на бегущем поручне. встаю на платформе. втягиваю носом воздух. теперь точно оно. пахнет поездом. воздух из тоннеля растрепывает волосы. я и так два дня лохматый, кудрявый из-за непрекращающегося снега. теперь совсем лохматый.

обнимаю аню. снова чай, яблоки, разговоры о котиках. у ани на кухне розовые шкафы как в домике барби. и девочка-филипп.

чтобы приехать домой пораньше, спешно прощаюсь. добираюсь по грязному снегу до вокзала. и самара снова меня не хочет отпускать. чего только уже не было: я путал в семь утра улицы, пробегая нужные повороты, если я приходил в 6:05 - следующий автобус всегда бывал в 6:30, не раньше. я забывал кошелек в машине, уезжающей в аэропорт, и оставался на ночь. я прибегаю на вокзал в четверть пятого. ближайшая свободная газель в шесть. рассуждаю, что быстрее всего снова вернуться к алене. прибегаю с воплем: ребятки, я так давно вас не видел, скучал! снова обнимаю всех. снова смеемся. дарин похож на тюленя в теплом оранжевом пледе. доедаем зефирки. я чертовски не хочу отпускать самару. поэтому возвращаюсь в третий раз. за забытыми наушниками.

утыкаясь в окно маршрутки, я думаю: зарядил свои батарейки по полной. и еще: скоро майский поход. очень скоро. я ужасно рад, что вот это все происходит со мной. снова верю в людей, снова всех люблю. завтра апрель.

@темы: география кадзе, батальон чудесных людей

15:36 

книжный червяк
на неделе ко мне заезжал московский зануда и пафосник [J]Ив-Ледышка[/J] (о да, я теперь долго буду подтролливать!). и мы замечательно провели день.

все началось с поста про манчкин. кадзик просто сказала "приходите играть в манч". ив написал: а давай, я приеду во вторник. я говорю: так ты ж в москве обитаешь. ив отвечае: а я приеду. я думала, товарисч проездом через тольятти и куда-то еще потом, а он вот, оказывается, купил билет на поезд и восемнадцать часов ехал из москвы, чтобы посмотреть тольятти. люблю безумных людей.

призадумавшись, куда можно деть дитя замкада в тольятти, чуть более чем полностью состоящем из спальных районов, я повела его в музей науки и техники, куда сама ни разу за пятнадцать лет проживания в этом городе не добралась, но отзывов наслушалась. и там такооооооооое, милые! такооооооое! подводная лодка большая-пребольшая! самолетики всякие - и большие, и маленькие, танки, катюши, амфибии, бомбы, грузовики, ой, мамочки, даже макеты лунохода, марсохода и исследователя фобоса откопались! в общем, кадзик бегала с горящими глазами, а рядом степенно прохаживаался ив и читал около каждого экспоната лекцию из истории военной техники. под палящим солнцем мы проторчали несколько часов, а потом отправились смотреть традиционного татищева и делать обязательную фотку.

а вечером ждали моего благоверного, сварили ему глинтвейн, который он пить не стал, и научили-таки ива играть в манчкин)

а еще кадзик потчевал гостя фирменным кофе.
- у меня кофемолки сейчас нет, поэтому беру молотый и по средствам.
показываю пачку "кофейни-на-паяхъ", вижу, как ив тщательно скрывает разочарование после всего, что тут поначитался про мой кофе. строгаю в джезву корицу, мускат, закидываю бадъян и заливаю водой.
- что ты делаееееееешь? - вопит гость из столицы.
- а чо? - искренне удивляюсь.
- она же из-под крана!!!! - делает совсем грустное лицо. совершенно разочаровался.
ну, думаю, будет тебе.
...
через десять минут московский зануда и пафосник пьет мой кофе и млеет.
то-то же!

вот он какой был, этот день (часть фоток нагло сперта):












@темы: география кадзе

10:16 

метафест

книжный червяк
а в этом небе такие звезды,
я предлагаю не ждать утра.
для нас с тобою - дорога в космос,
вы оставайтесь, а нам пора.


на самом деле, за городом и вправду чудесные песни. звезды, я хотела сказать. опечатка удивительно к месту, потому что песни за городом действительно замечательные. я страшно люблю вырываться из окружающей будничной действительно и отправляться в - хотя бы даже такое маленькое - путешествие, где петь, играть, смеяться, жить.

и на самом же деле, писать очередной отчет о фестивале влом. и ну его. потому что я зарядилась летом как следует, сделала пару набросков к стихотворениям, наткнулась опять в себе на строчку, которая не хочет ни в один стих ложиться: лето распито наполовину. это как с зимой было - "мы пережили эту зиму. невыносимо", она тоже никуда не легла прошлой весной. осталось теперь про весну и осень)

ах да, внезапнейший момент на фестивале: впервые в походе кофе варила не я, а мне. целенаправлено мне варила кофе красивая рыжая девушка. и еще про специи обещала рассказать. кофеман кофемана достает из кармана.

а вам -

факт первый. честно говоря, на сцене это было в разы более драйвово, в сопровождении гармошки бори плотникова.
факт второй. кадзик погуглил и нашел версию, выложенную на сайте группы. там текст более жив: "Там в этом небе такие звезды я предлагаю не ждать утра
Нам ебанутым дорога в космос вы оставайтесь, а нам пора". Пожалуй, так мне тоже нравится. Правдиво)

а вот еще какая прелесть, смотрите:


черт побери, как я люблю открывать хорошую музыку. это тоже - правильно.

з.ы.: ножки болят - кадзик два дня плясала. голос вроде бы возвращается в нормальный диапазон - кадзик два дня вопила и радовалась.
пойду-ка на диванчик, почитаю дидро.

@темы: география кадзе

07:44 

книжный червяк
груша удалась. на самом деле. удивительно вдохновенная вышла. что-то все время писалось, писалось, выдумывалось, я забила черновики в телефоне и карманы строчками - большей частью недописанными. замечательное оно.

в пятницу пели песни про джигурду - совсем как про борщ, только про джигурду. я вижу как стекла оконные плавит никита джигурда; я любил и ненавидел, но теперь душа пуста, все исчезло, не осталось и следа, не знает боли никита джигурда; никита парень удалой, широкоплеч, высок, силен... а еще в пятницу я познакомилась с ташиком, ураэ. к слову, ташик - это моя чудная избранная ~Дыхание~, приехавшая стопом на грушу. думала, приедет циничная взрослая тетка, а приехало воздушное вдохновенное рыжее мягкое чудо в красивых сарафанах. и с котом. найденыша подобрали где-то на каком-то вокзале.

в субботу мы - опять же с ташиком - спасали раков в ее лагере. таскали из ведра втихушку и за мытье котла, с песнями и плясками выпускали в воду. спасли четверых. адриан и александр пели нам про город кофе со льдом, а еще я открыла для себя пашу фахтрудинова, срочно качать альбомы!

а в воскресенье вечером я отчалила домой, случайно попросив сигарету у какого-то человека, оказавшегося - саденли! - моим бывшим парнем, который рассказывал мне про походы в телефонную трубку часами, а я плевалась. как только мы расстались - купила себе пенку и чайник для костра. ехала одна на поющей электричке и была, в общем-то, счастлива.

дома муж дулся за мои походы, ревновал к новым стихам и ко всему подряд.

@темы: география кадзе

радио кадзик

главная